Онлайн книга «Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…»
|
— Хорошо. Потом поговорим. Тут все началось. Вначале было скучно. Потом очень скучно. Потом совсем невесело. Они делали выпады, кружили друг вокруг друга, но всерьез не били, как на тренировке. Даже сильно соперников не оцарапали! Я смеялась, Хосита зверела, а остальные прямоходящие двуногие жутко бесились и давали обоим многочисленные и бесполезные советы: — Левой! Да не так! — В обход! — Бей его! Бей! В конце концов я не выдержала и спросила: — Сиятельство, твои телохранители так же ведут себя и тогда, когда ты с женщиной в постели? Дают советы? Лайон аж с шага сбился. А Ингвар опять этим не воспользовался. Черная дыра ему под задницу, да что ж мы так тупим⁈ Это позорное действо под названием «дуэль за руку и башмачки прекрасной Элли» закончилось гораздо лучше, чем могло. Потому что разобиженные зрители не спустились вниз бить морды обоим за явный слив матча, а заверещал сигнал корабельной тревоги и тревожный голос второго пилота из рубки нам сообщил, что корабль берут на абордаж. Пираты? ОПЯТЬ⁈ Ёлкарысту в меть двадцать пять раз! И тралом в сорванную башню! «Ёлкарысту» как раз это слово, потому что в этот раз захват проходил очень быстро и уже через пару секунд наш шлюз выпилили плазменными тесаками. В дыру хлынул десант той самой планеты, откуда мы совсем недавно благополучно сдернули. Блин! Нет, млять! Дальше было еще веселее, потому что мой муж достал из–за спины станнер, а своему бывшему начальству протянул плазмоган, который достал из кобуры на щиколотке. Я прифигела: и он промолчал? И обалдела еще больше, когда Лайон отрицательно качнул головой, доставая из еще более интересных мест по пистолету–пулемету с плазменными пулями, и начал палить по нападающим. Надо сказать, относительно боя внутри кораблей эти пистолеты–пулеметы — самое лучшее, что можно придумать. Броню и стены корабля не пробьет, а вот любое стекло или органику — на раз. Мы тоже подоставали что у кого было, спрыгивая вниз. И понеслась кривая по кочкам… Лео с Ингваром спина к спине крутились на пятачке, усеянном трупами, не выпуская никого из шлюза. Рядом вражины пропилили люки еще двух проходов: левого и правого. Оттуда тоже хлынула толпа, и всем нашлась работа. Долго это продолжаться, ясное дело, не могло. Налегке противостоять десанту в тяжелой броне — вообще практически самоубийственное дело. Нас вскоре оцепили. Как раз тогда, когда у наших дуэлянтов кончились патроны и заряды. А у остальных их и сразу было немного. И тут какой–то особо ушлый захватчик поймал момент и наставил свою гребаную пушку на моего мужа, собираясь стрелять. Я четко ощутила его смертоносный самодовольный импульс. Стрелять. В. Моего! Мужа! ХАМЛО ТУРБОРЕАКТИВНОЕ! В груди образовалась болезненная пустота. Сердце сжало такой болью, что стали подламываться ноги. Окружающий мир перешел в цвета негатива. Перед глазами на черном фоне вместо лиц плавали какие–то мутные бело–серые пятна. Затем очень резко посветлело вокруг. Сильно. Все свободное пространство залило нестерпимым для глаз, ярким солнечным светом. И когда он схлынул так же внезапно, как и появился… Вся наша команда и несостоявшиеся захватчики — все, как один, безоружные! — стояли на коленях, молитвенно сложив руки и с блаженной улыбкой смотрели на меня, как на мессию с Альтеруса. Там уже много лет обещали его явить, но все откладывали по техническим причинам. Никак у них, понимаешь, мессия не рождался, хотя ребята очень старались, судя по демографическому взрыву. |