Книга Измена. Не делай мне больно, страница 50 – Каролина Шевцова

— О каком аборте, - прошептала я. – Насть, ты чего, никакого аборта не будет. Просто… ты сказала, мальчик? У меня будет сын?

Подруга отстранилась и откинулась на кресле. Когда она поправила волосы, я увидела, как дрожали ее тонкие пальцы. Не одна я в шоке.

— Гарантию тебе никто не даст. Но поверь моему опыту, бубука там будь здоров! Такое не рассасывается. Так что я делаю ставку на пацана, а Римке велю купить синий конверт.

Я облизала пересохшие губы. За дверью раздались шаги. Мы обе напряглись и замолчали, вслушиваясь в голоса, доносящееся из коридора. Сердце отчего-то стучало, будто это пришли за мной и сейчас заберут куда-то. И только когда шум стал отдаляться, я успокоилась.

— Не надо Римме говорить, - я рефлекторно обхватила липкий живот руками. Настя так и не дала мне салфетки, а сама я попросить забыла.

Подруга внимательно посмотрела на меня и кивнула.

— Сама решай. – А потом спросила главное. – Кораблеву когда скажешь?

— Не знаю. Не сейчас.

— И правильно, а может это вообще не его?

— Насть, - я легко ткнула подругу в бок.

— Да ладно тебе. Я бы не осудила. О, скажешь, что это Фридмана. А что? Оба высокие, кареглазые, прически одинаково дебильные.

— Пожалуйста, перестань, - взмолилась я. – Это мой ребенок. Его биологический отец – Кораблев. Но говорить ему об этом я пока не буду.

Настя понимающе хмыкнула, и, велев мне одеваться, отвернулась. Я медленно натягивала на себя штаны. Поправляла кофту, слегка ослабила ремень, который по идее уже должен был давить на талию. Но из-за нервов и отсутствия нормального питания, живот не рос. И теперь это пугало. Даже не так, теперь меня пугало все на свете, потому что это уже касалось моего ребенка.

— Насть, - от приступа паники, у меня заложило уши, - а с маленьким все в порядке?

— Как ни странно. Живучий у тебя карапуз попался, такие испытания не каждый выдержит. Эй, ты чего? Ты чего ревешь?

Она достала из-под стола пачку салфеток и протянула мне несколько штук.

— Я не знаю, я правда, не знаю, - из глаз лились слезы. Какие-то неестественные, мультяшные капли. Салфетки намокали сразу, стоило вытереть ими лицо. И вот уже рядом со мной образовалась целая куча бесполезной мокрой бумаги. А я все плакала и плакала, словно кто-то достал из ванны пробку.

Я тысячу раз представляла себе этот момент. Наше первое узи и любимого человека рядом. Но как же жестоко шутит судьба, когда воплощает людские мечты. И узи есть. И любимый человек рядом. Просто просила я у Бога другое.

Я подогнула ноги и опустила голову на колени. Меня трясло в рыданиях, и каждый раз, когда я пыталась успокоиться, становилось только хуже. Я твердила себе, что могу напугать малыша, что мне нельзя так плакать, но теперь вместе с болью меня раздирало чувство вины, за то, что я уже плохая мать.

— Вика, хватит, - послышался строгий Настин голос.

— Я рада, ты не подумай, - я подняла лицо к потолку, чтобы заставить слезы течь в обратную сторону, но и это не помогло. Я всхлипнула: - очень рада. Просто… я пока не понимаю, что делать дальше.

Настя снова опустилась на кресло перед кушеткой.

— Ну, для начала начни чистить зубы не во имя святого Кораблева, а из любви к себе.

Истерика прекратилась тут же. Я медленно отодвинулась и прикрыла ладонью рот.

— От меня плохо пахнет?