Книга По тонкому льду, страница 91 – Сара Адам

Когда ты училась, я преподавал, дорогуша.

— В прошлом месяце летал с ней, избалую ещё! – наклоняю голову набок, с прищуром разглядывая покрасневшее от ревности лицо жены. Не торопясь поднимаюсь, возвышаясь над хрупким телом своей маленькой актрисы, и надвигаюсь, заставляя её пятится в хвост самолёта.

— Ч-что ты делаешь? – мямлит Ари, вынужденно передвигая ногами к нужной мне цели. Протягиваю руку и открываю дверь в комнату отдыха с кроватью. В самолёте она не такая большая, как хотелось бы, но нам хватит места. – Выпусти меня, – требует, когда понимает, что оказалась в ловушке.

— Нет уж, дорогуша, за свои поступки нужно уметь отвечать! – продолжаю надвигаться, и Ариела, не удержавшись, падает на кровать, начиная ползти от меня к стене. Хватаю за лодыжку и притягиваю назад, платье задирается, открывая вид на ох*ительные ножки.

— Я не хочу! – пытается отбиться, но раскрасневшиеся щёки, и вставшие под чёртовым светлым платьем соски говорят об обратном.

— Сколько раз мы будем проходить урок на тему вранья? – на самом деле меня уже так знатно подзаебали её маленькие лживые темки. Зачем врать, если на твоём лице и так всё написано?

Опускаюсь коленями на кровать, нависая над ней, просовываю руку под платье, скрывающее интимное место и натянув ткань до предела, разрываю трусики Ариелы. Она взвизгивает, смотря на меня укоризненно, когда ткань трещит и оказывается в сжатом кулаке. Как одержимый маньяк-извращенец, засовываю их в задний карман и, целуя нежную шейку жены, погружаю в её киску пальцы. Вся течёт, но упорно сопротивляется, делая вид, что не хочет. Ну и дикарка же мне попалась!

Стон срывается с губ жены, когда я просовываю два пальцы в её тугую дырочку.

— Чёрт, какая ты узкая, Ари, не могу дождаться, чтобы вставить в тебя член, – начинаю орудовать пальцами внутри, у самого стояк, вот-вот готовый разорвать штаны. Она извивается, жадно хватая ртом воздух. – Скажи, что хочешь меня.

— Нет… – упрямо продолжает стоять на своём. Тогда я сгибаю пальцы внутри заставляя её ещё сильнее глухо стонать сжимая рубашку на моём плече.

— Говори, Ариела, – требую, жёстко трахая пальцами мокрую киску.

— Не хочу… – откидывая голову назад, стонет, а раскрасневшиеся щёки и подрагивающее тело подсказывают, что жена на грани оргазма.

Резко прекращаю, вызывая вздох недовольства, вытаскиваю пальцы, со стекающим по ним соку и облизываю, смотря прямо в ошарашенное лицо моей девочки.

— Хорошо, Ариела, раз ты не хочешь, – достаю из кармана платок и вытираю остатки с руки. – Не могу же я тебя насильно заставлять, верно?

— Нет, подожди! – смущённая, вскидывает руку пытаясь остановить меня, но я уже поднялся с кровати. – Я… хочу, хочу, Максимилиан!

— Поздно. Это будет тебе уроком за ложь.

Ариела

Париж встречает пасмурной вечерней погодой с лёгким ветром. Проезжая по городу, я любуюсь красивыми старинными зданиями и огнями ночного города. Не скажу, что мечтала попасть во Францию, но этот город однозначно стоит того, чтобы посетить его. Сегодня я поняла значение фразы «Увидеть Париж и умереть», этот современный, но в то же время старинный город умудряется совмещать в себе эстетику разных эпох. Удивительно.

С Максимилианом мы не разговариваем с момента, когда он довёл меня до пика и оборвал в самый необходимый момент. Я принципиально не признавалась ему в своём желании. Пусть Вики и его секретарша осыпают дифирамбами желания! Конечно, я поняла, что насчёт секретаря в лице любовницы была шутка, но в груди всё равно неприятно кольнуло. Не хочу его ревновать и быть той самой сумасшедшей женой, которая ведёт поиски и расследования на тему измен. Пусть что хочет, то и делает.