Книга По тонкому льду, страница 113 – Сара Адам

— Во-первых, тебе было нечего докладывать, потому что дела Клана я ни с кем не обсуждаю. Во-вторых, был уверен, что не станешь.

— Я бы никогда тебя не предала… – уныло тру ноготь, – потому что не доверяю отцу и знаю на собственной шкуре, что принимать сторону одного из вас – гиблое дело. Ну… думала так какое-то время. Сейчас уже нет.

— Ну-ка, с этого момента подробнее, – щурится в ожидании объяснения.

— Помнишь, перед свадьбой в день покупки колец мы вроде как начали ладить, и я спросила про дату свадьбы?.. – Макс кивает, и я продолжаю: – Вечером, когда я готовилась к свиданию, пришёл отец и избил меня, потому что посмела переступить через него и спросить в первую очередь у тебя.

Муж глубоко вдыхает, сжимая челюсть.

— Меня удивило твоё неведение, я предъявил это Аурелио.

— А он, в свою очередь, сорвался на мне… – делаю вывод, складывая цепочку воедино.

— Я давно догадывался, что в семье Лучано не всё так, как кажется на первый взгляд. Но хочу услышать от тебя, Ариела. Расскажи мне всё, что ты пережила.

Я делаю это. Вываливаю на Максимилиана всю правду, что творилась в особняке Лучано. Рассказываю про побои, моральное давление. Унизительное отношение. Я рискую оказаться в его глазах ниже плинтуса, сознаваясь в правде, но продолжаю говорить. Слёзы льются из глаз вместе со словами о боли, что я пронесла в себе за всю жизнь. О нелюбви к собственному ребёнку, о тирании, о запретах и, не выдержав, даже рассказываю это:

— Когда я была маленькой, во время игры с Марко спряталась в спальне у родителей и случайно увидела, как отец принуждал маму… она не хотела, и он изнасиловал её… – всхлипывая, щурю глаза, изгоняя из головы те образы. – С тех пор во мне сидело чёткое отвращение и страх ко всему этому…

— Что? – на лице мужа нескрываемый шок вперемешку со злостью, он притягивает меня к себе и крепко обнимает. – Малышка моя, прости.

— За что тебе просить прощения? – шмыгаю носом, утыкаясь в его грудь.

— Я полный мудак, набросился на тебя в первую ночь.

— Ты не мог знать про это. Никто не знал, ты первый, с кем я поделилась, – в этот миг я чувствую огромную необходимость слиться с ним воедино, стать одним целым. Забираюсь на колени к мужу, Максимилиан оставляет нежный поцелуй на моих губах, не настаивая на большем, но мне этого недостаточно.

Углубляю поцелуй, просовывая язык глубже, рык вырывается из его горла, и руки собственнически начинают шарить по телу, поглаживая талию и опускаясь на ягодицы, сжимая. Всегда заводится с полуоборота. Волна жара проходится по телу, когда Максимилиан, надавливая на поясницу, заставляет подвигаться на его затвердевшем члене. Несколько раз трусь о его пах, пряжка ремня холодит кожу под задравшейся футболкой.

Мужчина рычит, поднимаясь на ноги и продолжая удерживать меня на руках. Когда он заносит меня в спальню и опускает на кровать, не прерывая поцелуй, я понимаю, что во всём этом огромном мире только мы есть друг у друга.

«Муж и жена – одна сатана» – эта фраза в самую точку описывает нас. Обвиваю его бёдра ногами, прижимаясь кожа к коже. Всё тело горит от предвкушения жаркой ночи, но Максимилиан отстраняется, стаскивает с брюк кожаный ремень и ложится на кровать, протягивая мне его.

— Иди сюда.

— Что ты делаешь? – приподнимаюсь на локтях и подползаю по кровати к нему.