Книга В плену запрета, страница 69 – Сара Адам

Между нами ничего нет и не будет!

Всеми силами протестую внутреннему голосу, но он, зараза, упорный.

Именно поэтому ты дрожала от прикосновений старшекурсника и издавала постыдные звуки? Просила позволить тебе кончить и умоляла не останавливаться?

— Понятно, — сухо произносит, отворачиваясь.

— Что тебе понятно? — сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. — Я была вынуждена попросить его. Таня уехала, а больше я там никого не знала.

Воронцов упорно молчит, делает вид, что не слышит сказанное, возвращая внимание на смартфон.

— Что за детский сад? В конце-то концов, твоё какое дело, с кем я уехала? — начинаю закипать из-за откровенного безразличия со стороны сидящего рядом.

Я и так зла на себя, а тут ещё и он со своими закидонами.

— Ты права. Мне нет никакого дела, — бросает всё в том же положении. — Не хотел, чтоб стала очередным товаром.

Товаром?!

То есть такой он меня считает? Легкодоступной, так просто отдавшейся Князеву?

— Я не стала и не стану! — цежу сквозь зубы. В груди неприятно жжёт. Егор прав. Я уже товар, разве нет? Поддалась один раз, поддамся и второй. Что дальше? Пересплю с Князевым?

Нет. Ни за что!

— Заметно, — таким гнусным Воронцова я ещё никогда не видела. Это не тот весёлый и дружелюбный парень, с которым я подружилась. Добродушный, общительный, но в тоже время любящий экстрим. Совсем другой человек. Отрешённый и безразличный. — Посмотрим, что ты скажешь, когда прибежишь вся в слезах, после того как он использует тебя на одну ночь, а потом вышвырнет. Ну, может, не на одну, а две.

— Знаешь что? Да пошёл ты! — в порыве соскакиваю со стула, обращая на нас внимание всех одногруппников. Ножки со скрежетом отъезжают, спинка врезается в стоящую сзади парту. Сгребаю с поверхности вещи, агрессивно подхватываю с пола сумку и ухожу вперёд по ряду, садясь на свободное место.

В груди жжёт от нескрываемой обиды. Как он может говорить такие ужасные вещи? Неужели я похожа на ту, что легко переспит с Князевым?

Со стороны, наверное, да. Всё указывает на это...

Я сама себе уже не доверяю, что уж говорить про Воронцова? Если не возьму себя в руки и окончательно не избавлюсь от Князева, это один из возможных вариантов развития событий.

Мне не нужны интрижки, не нужны лишние проблемы. А Руслан – проблема. Большая, татуированная, наглая проблема.

Перед окончанием семинара на телефон приходит сообщение:

Таня:ты мне нужна. Жду в библиотеке.

Лиза: всё нормально?

Таня: агась, чики-пики.

Преподаватель заканчивает примерно через пятнадцать минут и отпускает нас. Собираю вещи и, не смотря в сторону Воронцова, выхожу из помещения на поиски соседки.

Не стоит гадать, почему она не пришла ночевать. И не знаю, нужно ли мне волноваться о её ночном пропадании? Вдруг подобное повторится? Я ни в коем случае не осуждаю Таню, но переживаю, вдруг с ней что-нибудь случится? Сколько она знает этого Давида? А если он маньяк? Почему нельзя днём видеться?

Ужас, ну и накрутила себя. Танька одну ночь отсутствовала, а я мысленно целую драму развернула.

На душе тяжкий груз от ссоры с Егором. Оба хороши, нет, чтоб поговорить нормально друг с другом, сразу в штыки. Разве так поступают взрослые люди?

Отчасти понимаю, как выгляжу в глазах друга. Приехала с ним, дала обещание дождаться, а сама запрыгнула в машину к старшекурснику и умотала непонятно куда...