Книга Искушая судьбу, страница 95 – Сара Адам

Похоже, устав от затянувшегося акта, Джон аккуратно разворачивает меня.

— Слушай сюда, – его баритон низкий, такой, что я непроизвольно расширяю глаза, внимательно внимая каждому слову. – Хватит издеваться над той девчонкой, которую прячешь внутри.

— Что?..

— Выпусти Адалин Суарес, – Джон слегка встряхивает меня за плечи, можно подумать, хочет привести в чувства. – Если ты слабачка, то она ею не была.

— Я не хочу испытывать ту боль снова!.. – признаюсь в сердцах, не в силах больше бороться. – Я боюсь!

— Дура, твоя жизнь и есть один огромный страх, – рычит, почти соединив наши лица. – Не думал, что Князев растил тебя трусливой. Ты нахрен разрывала сраный лёд на выступлениях. Вкалывала, чтоб стать лучшей. А теперь, блядь, боишься надеть сраные коньки?

— Я… сломана, – заикаясь, уже, откровенно говоря, несу бред. Но Джон не смеётся. Не насмехается. Смотрит своими красивыми глазами без издёвки. По-мужски.

— Все мы сломаны, Красивая, – произносит уже спокойнее. – Вопрос: выйдешь из ситуации победителем или так и останешься побеждённым?

Грей мягко берёт меня за руку и ведёт к старому, развалившемуся бревну.

— Садись, – спокойно указывает и сам опускается на колени, подняв коньки.

— Джон… не надо… – обессиленно шепчу, но он уже аккуратно ставит их передо мной.

— Доверься мне.

Я ощущаю себя слабачкой, не сумевшей дать достойный отпор. Как будто предаю прежнюю Адалин, возвращаясь в прошлое.

Немые слёзы катятся по щекам, когда Джон помогает мне всунуть ногу в ботинок и шнурует. Один, потом второй. Он делает всё осторожно и без давления, но я всё равно ощущаю себя раздавленной.

— Я рядом, слышишь? – меня всю трясёт, несмотря на руки, помогающие подняться.

Мафиози бережно берёт за талию и ведёт ко льду. Каждый шаг кажется пыткой, в то время как к горлу подкатывает тошнота.

— Ты сильнее, чем думаешь, – подбадривает, оказавшись у самой кромки.

Колени подгибаются, как только под лезвиями оказывается лёд. Ощущение, что впервые в жизни встала на него: позорно шатаюсь, в ужасе ища поддержки Грея.

— Тихо, не паникуй, – ободряюще успокаивает он, крепко прижимая к себе со спины.

Джон держит крепко. Я чувствую, как руки сжимают меня сзади. Ощущаю его мятное дыхание. Мы стоим так какое-то время, пока бешеное биение сердца не сбавляет темп.

Мнимое чувство безопасности помогает сделать медленный вдох и решиться.

Невзирая на нарастающую тревогу, я делаю первый скользящий шаг, и Джон тут же подстраивается, перемещаясь вбок. Мужчина обнимает меня, продолжая держать.

Скользкий шаг. Затем ещё один…

— Вот так… – мягко, обволакивающе хвалит Грей. – Умница…

На удивление, я вливаюсь в движение, будто тело вдруг вспомнило, каково это – катиться по льду. Страх на миг отступает, уступая место странному ощущению… восторга? Свободы?

Ещё одно движение – лёгкое, почти грациозное. Словно сама душа открывается, распахивается для давно забытых ощущений. Я медленно скольжу вперёд, стараясь не думать и не анализировать. Ровно дышу, не паникуя и не думая о том, что пережила в прошлом. Я прислушиваюсь к своему телу и давно позабытым инстинктам, отключив голову.

Коньки шуршат по льду, мои дрожащие ладошки всё ещё в его ладонях – крепких, надёжных. Это придаёт смелости продолжать. Я делаю ещё один шаг, осторожно пробую лёд на прочность. Потом ещё. И ещё. Мне начинает казаться, что ноги хоть и дрожат, но слушаются, не подгибаются.