Книга Наследство испанской бабушки, страница 58 – Екатерина Серебрякова

Шамаевы оказываются простой русской семьей. Несмотря на долгую жизнь в Испании, они не перестали любить водку, сало, соленые огурцы, баню и Путина. Такие они классные, честное слово!

— Сонь, ты хоть расскажи нам чего-нибудь! О себе, как с Владом познакомились. А то ведь мы его друзей обычно видим в таком состоянии, что разговаривать они физически не могут, – шутит дядя Аркадий и подливает мне вина.

— Да я переехала недавно в поселок в дом, который раньше принадлежал бабушке. А по соседству Влад живет, так и познакомились. Он, на самом деле, очень отзывчивый и открытый. Позвал меня познакомить с друзьями, развеяться. На чай приходил, – ох, а я даже и не соврала. Всего лишь сказала правду фрагментами.

Мы еще долго сидели и болтали о всякой ерунде. Мне вдруг стало так по-семейному уютно, в груди почувствовалось домашнее тепло, которого я никогда не испытывала.

А потом тетя Люда отправила нас погулять. Точнее женщина наказала Владу показать мне территорию дома ну и сводить к морю, конечно.

Для меня очень быстро организовали отдельную спальню, потому как изначально комната для нас с Владом была одна. Зато в шкафах уже были вещи моего размера, о которых Влад позаботился заранее.

Я надела купальник, который пришелся как раз, накинула бесформенный шарфик поверх, чтобы не светить своей пятой точкой. А еще на полке обнаружилась симпатичная шляпка с широкими полями и солнцезащитные очки именитого бренда.

— Ты прямо звезда местного разлива, – заключил Влад, увидев меня. Сам он на свое худощавое тело натянул только купальные шорты.

Территория дома оказалась очень большой и зеленой. Тетя Люда своими руками возделывала целый сад! Тут не лук и морковка, как у меня, а абрикосы, персики, виноград, диковинные цветы. Красота!

Еще у них жили кошки. Точнее говоря, по словам Влада, кошки были ничейными. Просто дядя Аркадий очень любил животных, поэтому подкармливал и уличных котиков. А они, будучи существами неглупыми, здесь и жили.

— Вот этот мой любимый, – сообщает мне Влад, подхватывая рыжий комок шерсти на руки, – я его назвал Васькой.

— По-моему это Василиса, – скромно замечаю я, кивая котику под хвост.

— Вась, ты че, баба что ли?

Еще долго я смеюсь с того, как Влад общается с мохнатыми. Он тискает их всех, подкармливает мясной нарезкой, которую втайне от тети Люды стырил со стола. Как маленький, честное слово!

— А так у родителей баня, они без русской баньки отказывались переезжать в Испанию, – Влад показывает мне деревянную постройку в конце участка, которая по размерам сопоставима с двухэтажным коттеджем в провинции.

— Знаешь, я даже рада, что сюда приехала. У тебя очень хорошие родители. Такие душевные, гостеприимные, домашние. Я ожидала встретить каких-то богачей с сигарой в руке и бокалом виски, а они самые обычные. Только из-за меня, наверное, тебя без денег оставят.

— А, – Влад отмахнулся, – не оставят. Батя сказал, что такой раздолбай без их денег пропадет. А единственному сыну они пропасть не дадут. Ты им, кстати, тоже понравилась.

Еще долго Влад рассказывал мне о прелестях сада их родителей. Он знал здесь каждый кустик, каждый цветок, каждое дерево. Он будто стал совсем другим Владом. Не тем, что распивает маргариту на вечеринках, а тем, которые приезжает к родителям на выходных и помогает маме копать грядки.