Книга Скверная, страница 60 – Эмили Макинтайр

— У нее была целая коллекция старых книг. Такие маленькие, в красных обложках с помятыми краями. Я даже не знаю, где, черт возьми, она их взяла, но когда я был маленьким, она заходила посреди ночи ко мне комнату и читала, чтобы помочь мне уснуть.

Я паркую машину на боковой улочке, застроенной маленькими ветхими домиками в окружении дырявых сетчатых заборов.

— Когда я стал старше, и она стала реже меня навещать, я… не знаю… Наверное, это помогло мне почувствовать себя к ней ближе или что-то вроде того. Это так глупо.

Она протягивает руку через консоль и касается моих пальцев, металл ее колец холодит мою ладонь.

— Этоне глупо.

У меня учащается сердцебиение, когда я смотрю на ее маленькую руку, идеально умещающуюся в моей ладони.

— Стихи дарили тебе утешение, – заключает она.

Она дарит мне утешение. Я сглатываю комок в горле.

— Слова были моим утешением в жизни, полной хаоса.

На ее лице появляется восхитительная улыбка, от вида которой у меня перехватывает дыхание.

— В моей тоже.

Повинуясь безотчетному порыву, моя рука взлетает вверх, я беру ее за подбородок и провожу большим пальцем по ее пухлым губам. Мне кажется, что моего прикосновения летят искры.

— Боже, девочка. Такая улыбка, как у тебя, может запросто разрушить чью-то жизнь.

Ее улыбка меркнет, и мое сердце бьется о грудную клетку с такой силой, что, клянусь, можно подумать, будто оно пытается вырваться на свободу и упасть к ее ногам.

Я стискиваю зубы, раздраженный этим неприятным ощущением.

— В любом случае, – начинаю я, отдергивая руку, – мне не очень нравится об этом говорить.

Мои слова звучат резко, но это возымело желаемый эффект, поскольку она вновь становится похожа на сварливую девчонку со вспыльчивым характером.

— Хорошо, потому что я не твой гребаный психотерапевт.

— Слава богу, – смеюсь я.

Она складывает на груди руки.

— Знаешь, ты действительно та еще засранка, – рявкаю я, чувствуя, как гнев разливается по моему телу, словно лава.

Она взъерошивает волосы, а затем хлопает себя по бедрам, восклицая:

— Да я вообще паинька! Черт возьми, и после этого люди утверждают, что я страдаю от перепадов настроения?

— О, ну, по крайней мере, ты в курсе своей психопатии.

Атмосфера в машине немного разряжается.

— Хорошо, – произносит она, коварно улыбаясь.

— Что значит «хорошо»? – хмурюсь я.

Она ничего не отвечает, разглаживая ладонями свою пышную юбку, которую постоянно носит, а затем выскакивает из машины и направляется к маленькому домику в конце улицы.

Я тяжело выдыхаю, закрыв глаза, и бью кулаком по рулю.

— Сука!

Выскочив из машины, я бегу за ней, не желая, чтобы она влипла в ситуацию, из которой, возможно, не сможет выбраться. Впрочем, мое беспокойство, как и всегда, оказывается излишним, поскольку она успевает зайти в дом, и когда я наконец ее догоняю, то вижу, что она стоит посреди комнаты, приставив пистолет к голове стоящего на коленях парня.

И, возможно, если бы она не сводила меня с ума, я бы понял, что совершил ошибку.

Потому что, хотя я и не уверен, жива ли еще моя мама, мать Брейдена Уолша совершенно точно умерла от рака.

Эвелина

Киллиан – один из наших барыг. Он занимает не настолько высокое положение в нашей иерархии, чтобы иметь доступ к моему отцу или быть в курсе наших дел, но онмладший кузен Лиама, и, поскольку тот в последнее время ведет себя крайне нервно, я решила, что сейчас самое подходящее время его навестить. Познакомиться и заодно убедиться, что не происходит ничего такого, о чем нам нужно знать.