Книга На крючке, страница 36 – Эмили Макинтайр

— Ты намного вкуснее, чем я представлял, – стонет он, лаская меня.

Я откидываю голову, открывая ему доступ к шее.

— Сделай одолжение, милая.

— Что… что угодно, – протягиваю я, заикаясь.

— Продолжай двигаться, трись своей сладкой маленькой киской, пока мои брюки не промокнут насквозь.

Я издаю стон, несмотря на то, что его грязные слова вызывают прилив смущения. Со мной еще никто не разговаривал подобным образом. Однако этот приказной тон настолько соблазнителен, что он проникает в мое тело и велит подчиниться.

Я чувствую желание, и ткань трусиков пропитывается влагой. Его член пульсирует, становясь все более твердым с каждым движением моих бедер. Одна только мысль о его возбуждении, о том, что именно я вызвала у него эрекцию, вселяет в меня уверенность, и я удваиваю усилия, ощущая в животе горячую энергию.

Он внимательно меня изучает, а я закрываю глаза, представляя, каково это – чувствовать его внутри. Влагалище, которое раньше никого не пускало внутрь, сжимается от нетерпения.

Джеймс наклоняется, его губы касаются моей шеи, вызывая мурашки по всему телу.

— Когда ты остаешься одна в комнате, как ты доводишь себя до оргазма?

Рассудок мутнеет от удовольствия – я с трудом воспринимаю его слова. Тем не менее я понимаю, о чем он спрашивает, и по какой-то причине доверяю ему свой секрет. Но вместо того, чтобы ответить словами – на что я сейчас вряд ли способна, – я просто показываю.

Я перемещаю его руку с талии на шею, а затем сжимаю его пальцы, потому что хочу, чтобы он надавил.

С искрой в глазах он рывком прижимает меня к себе.

— Тебе нравится, когда тебя душат, детка? – с каждым толчком его бедер пальцы на моей шее сжимаются крепче. – Хочешь, чтобы я сдавливал горло, пока ты не окажешься на грани беспамятства и не увидишь перед глазами звезды?

Я чувствую, как давление усиливается, и постанываю. Глаза закатываются, и я откидываю голову. Удовольствие скользит по коже и устремляется в кровь. На самом деле, даже несмотря на мою неопытность, у меня бывают такие порывы. Ночи, когда я лежу в постели, погружаясь в фантазии в тени луны. И кончить я могу только в одном случае: задерживая дыхание, пока в легких не произойдет спазм, а в голове не потемнеет.

Может быть, это глупо – отдавать постороннему человеку контроль над чем-то столь важным, как дыхание, но по какой-то причине я ему доверяю.

— Пожалуйста, – выдавливаю я.

Он переворачивается и кладет меня на мягкий диванчик. Мое тело податливо и послушно. Джеймс нависает надо мной, как угроза в человеческом обличье, глаза его мрачнеют, пока пальцы сильнее давят на горло. Другая его рука скользит по моему телу, и я ощущаю, как внутри рассыпаются жаркие искры. Его прикосновения подобны бензину, питающему огонь в моих венах. Пальцы крадутся по подолу платья, проникают под него и начинают гладить подушечками промокшее нижнее белье. Я толкаюсь бедрами, отчаянно желая почувствовать прикосновение.

Джеймс, крепко сжимая мне шею, проникает в трусики.

— Такая мокренькая, – шепчет он, вытаскивая руку и размазывая влагу по моим приоткрытым губам.

Сердце подскакивает, а желудок сжимается так сильно, что вот-вот разорвется.

— Такое вкусное искушение, – он касается языком моего рта.

У меня дрожат ноги.

А потом его рука снова оказывается внизу. Два пальца раздвигают влажные половые губы и легко проскальзывают внутрь. Я задыхаюсь, спина выгибается от этого вторжения.