Книга Шрам, страница 37 – Эмили Макинтайр

Когда в сопровождении фрейлин я направляюсь к автомобилям, ожидающим нас у ворот, слышу громкий голос Майкла.

На улице довольно прохладно, хотя еще только начало сентября. При виде туч, плывущих по небу, я вновь начинаю скучать по солнечной Сильве. Интересно, как такое возможно, чтобы два места настолько разительно отличались друг от друга, но при этом сосуществовали в пределах одних и тех же границ?

Впрочем, у меня есть предположение: границы созданы людьми, а матушка-природа не подчиняется человеческим правилам.

В отличие от нас, к сожалению.

Подойдя к королю, я делаю реверанс:

— Благодарю вас, ваше величество.

Из-за тугих косточек корсета мне трудно дышать – Офелия явно переусердствовала со шнуровкой. Но я стараюсь не показывать виду.

— Куда мы едем? – спрашиваю я у Тимоти, который стоит у задней двери автомобиля.

Вложив ладонь в его руку, я забираюсь в салон.

— Не забивайте свою прелестную голову ненужными вопросами, – отмахивается Майкл, как только мы располагаемся на задних сиденьях. – Наслаждайтесь прекрасным днем и моим обществом.

С трудом сдерживая смех, я наклоняю голову и внимательно его изучаю. Почему его находят очаровательным? Мне он кажется высокомерным и самовлюбленным.

— Ваше общество мне действительно приятно, – я поглядываю на Майкла из-под широкополой фиолетовой шляпы.

Тимоти пересаживается в кресло напротив, и, когда мой взгляд падает на его грудь с вышитым гербом, мысли тотчас возвращаются к вчерашнему дню – к тому стражнику, который ушел с Тристаном. Как же я сглупила, позволив принцу загнать меня в угол: такие поступки могут привести к катастрофическим последствиям. Да и кто он мне?

Никто.

Даже хуже, чем никто.

Он – Фааса.

Но когда я думаю о его прикосновениях… о теле, которое прижималось ко мне в темном углу… о руках, которые касались меня так, как никому не позволено, на меня накатывает волна возбуждения.

А потом я вспоминаю стражника – человека, который не сделал ничего плохого, разве что оказался не в том месте и не в то время. Пусть я и не знаю наверняка, что произошло после их ухода, но интуиция подсказывает мне правду. Тем более что в глазах Тристана читалось нечто большее, чем он произнес вслух.

Я не желаю смерти невинным душам. Но иногда, ради общего блага, приходится идти на жертвы.

Как только автомобиль сворачивает к воротам, мой взгляд устремляется во двор, задерживаясь на огромной плакучей иве поодаль.

Сердце замирает в груди лишь оттого, что я не вижу нефритово-зеленых глаз, наблюдающих за мной из тени. И как же я себя за это ненавижу.

ТРИСТАН

Будущая невестка все чаще занимает мои мысли.

Она стала меня отвлекать. Превратилась в увлечение, на которое времени попросту нет.

Я знаю, почему она не выходит у меня из головы: эта девушка – загадка, которую я до сих пор не смог разгадать, а поскольку прекрасно умею разбираться в людях, сам факт наличия сложности в наших отношениях до невыносимости повышает градус интереса.

Деревянный пол скрипит под ногами, пока я шагаю по второму этажу таверны «Слоновьи кости», заглядывая в стекла балконных дверей. На пустой земле за пределами здания собралась толпа – больше сотни людей, ожидающих моего обращения.

Во мне, подобно ураганному ветру, бушует предвкушение, наполняя сердце волнением и трепетом перед грядущими временами. Перед моим будущим.