Книга Вдребезги твой, страница 66 – Кейт Аддерли

— Я всегда считал Рона легкомысленным. На льду его несобранность выводила меня. Моя воля, я бы убрал его через полгода из команды Ларсон. Его отец оказывал хорошее финансирование. Вставлять палки в колеса спонсору, на котором держится вся хоккейная команда, разряд в тысячу вольт.

Папа Фостера единственный, кто болел хоккеем и нашей командой. У всех игроков академии были влиятельные платежеспособные родители. Любой мог поспособствовать пачкой денег. Но никто, кроме отца Рональда, не видел в этом перспективу. Более того, родители считали, что мы маемся херней, гоняя шайбу. Поэтому и не помогали, надеясь, что наше увлечение свернут.

— Ты не удивил меня его распавшимся браком, Кайден. Фостер ветреный для подобного. Пол… Не уверен, что и его продержится долго. Другое дело ты! – Хенрик по-дружески хлопает меня по плечу.

Я не успеваю спросить, что Жан имеет ввиду, мы входим в раздевалку. Стоит такой гул, будто я на распродажу попал. Десять Ламборгини по цене одной. Запах плодотворной тренировки, как машина времени, возвращает меня в период, когда мне было восемнадцать.

На всю раздевалку ревет Turn The Music Up.

Держу Red Bull в руке, меня он окрыляет,

Передо мной толпа людей, но я ничего не слышу,

Как будто мыслями где-то в облаках, где-то в облаках,

И все никак не спущусь на землю, нет.

Чувствую себя чемпионом!

– Мужики! – Я взбираюсь на стол и кручу экипировкой между ног. – Кто сделал сучек?

– Мы! Кайд, блядь, Ригхан! Это наша победа! – Доносится со всех сторон.

Наша команда сделала осатаневших испанцев! Сегодня великий день! День, который отпечатается в памяти на всю жизнь. Мы в плей-офф, мать вашу!

С самого первого шага на лед я знал, что будет битва.

Лавры победителя или подачки для проигравшего?

На льду мы грызлись! Играли с бешеным азартов, выбивали шайбу и загоняли ее в ворота противника, словно на кону стояли наши жизни. Я уничтожал на смерть, как и все парни из моей команды.

Башня до сих пор гудит от криков Жана во время игры:

– Жестче встречайте в средней зоне! Больше бросай, сукин ты сын! Как ты собираешь забивать, если боишься шайбы?

– Кэп! Как нас назвали испанцы?

Я ржу. Качаю головой в такт трекаNF, будто призываю демоном. Ничто не сравнится со вкусом победы.

Хоккей сформировал мой характер. Мой ДНК победителя. Я всегда беру лучшее. Всегда побеждаю.

–Cabrón. – Отвечаю Фостеру. – Мы ублюдки, мужики!

– Они назвали нас ублюдками? – Тушуется Берн, задирая рукава.

– Хрень! – Краги Пола летят на пол. – Ебаный Пабло бросил, что мы компашка беса. – Кивок на меня.

Это еще больше забавляет меня.

– Чего? – переспрашивает Николас, которому давно пора свалить из нашей хоккейной команды, как и Берну.

Мужики старше нас и давно не учатся в Ларсон. Их держат, как хороших игроков. Ну, и потому что отец Николаса – директор академии. Чего не сделаешь ради любимого сына (чего нельзя сказать о моем папаше, всегда действующего наперекор мне)?

Я кидаю Уэстону свой свитер с номером «66». Вроде, взрослее нас, а умом не блещет. Идиот, ему всю жизнь только и играть в хоккей. Для меня же игра за команду – временный этап. Я планирую поступить в университет. С ума схожу по юриспруденции! Она приливает кровь к члену похлеще, чем вид на голых девчонок.

– Значит с этого дня мы не толькоcabrón, но компания «66»! – Моя банда.