Книга Несмеяна для босса, страница 46 – Алёна Амурская

— В гостях?

— Ага. Но только до тех пор, пока Герман Юрьевич не созреет поболтать с моими братцами, естественно. А если не созреет... то к этому вопросу мы вернемся позже и...

— Заткнись! - Герман уже чует, куда ветер подул, и торопится нейтрализовать лишнего противника раньше, чем он объединится с первым против него. - Артур Георгич, забей на треп этого сопляка. Ты же знаешь, какие у него братья! Что один, что другой - кобели, каких поискать. Об их групповухах с бабами легенды ходят! Ты серьезно веришь, что они ее не тронут..? Допустим, жизнь сохранят, но как насчет остального?.. Отдать двум отморозкам девочку, к которой неровно дышишь...

— С чего ты это взял? Мне на неё плевать, - слышу я вдруг равнодушный ответ Короленко и поднимаю на него глаза, ушам своим не веря. - Просто было любопытно выяснить, что за игру ты затеял, Мрачко. Фигня, а не игра, кстати. Скука смертная. Так что пусть Медведские забирают свою пешку и развлекаются с ней, как хотят.

От этого демонстративного безразличия у меня дыхание перехватывает. В груди становится пусто и тесно одновременно, как будто оттуда выкачали весь воздух.

Его слова звучат так убедительно...

Боже, неужели он все-таки поверил в мое добровольное сотрудничество с Германом? Поверил... и теперь стремится побыстрее избавиться от ответственности за мою жизнь - ведь он такой правильный! - чтобы больше никогда не связываться с той, что неоднократно его "обманывала"?..

Я снова пытаюсь поймать его взгляд, чтобы уловить хоть какой-то намек... какой-то малюсенький знак... намек на то, что все его слова - полная чушь...

Но он меня надменно и презрительно игнорирует. А затем и вовсе грубым тычком в спину отправляет в сторону Медведского.

— Забирай и проваливай.

Я по инерции налетаю на него и чувствую, как мой локоть стискивает крепкая мужская ладонь. Противный запах старого перегара, исходящий от спецовки сантехника, становится сильнее.

— Да с удовольствием! С такой девочкой грех не познакомиться поближе...

Бывают в жизни моменты, когда зубоскалить и насмешничать - только себе вредить. Вот и Медведский, что называется, доухмылялся.

Он расслабляется буквально всего лишь на одну секунду...

Но ее хватает, чтобы незаметно очухавшийся охранник Мрачко вскочил на ноги и вцепился в отобранный пистолет, изо всех стараясь вырвать его из руки Медведского.

— С-сученыш, - хрипит он, - а ну отдай назад!

Всё происходит слишком быстро для моего и без того застрессованного восприятия. Я только успеваю заметить сцепившиеся фигуры, после чего отлетаю в сторону. И вдруг с ужасом слышу хлопок выстрела с глушителем.

Шальная пуля рикошетом врезается в потолок и сбивает люстру... под которой стоит Короленко.

— Осторожно!! - не раздумывая ни о чем, я бросаюсь к нему с вытянутыми вперед руками и отталкиваю изо всех сил.

Слышу его ругательство...

А затем мгновенная тяжесть обрушивается на мою голову. И в глазах темнеет.

Чьи-то голоса назойливо бубнят рядом, раздражая слух. Я их слышу даже раньше, чем возвращаюсь в сознание из обморока. Медленный, размазанный во времени процесс, как будто мозг увяз в тягучей липкой смоле.

— ...Яр, ты дебил? Где твоя хваленая выучка была, когда пушкой игрался? - недовольно вопрошает незнакомый мужской баритон. - Батя уже в курсе, как ты облажался, так что готовься. Он с тебя шкуру спустит.