Книга Все еще впереди, страница 192 – Мариана Запата

— Да! Я просто напилась. Я не сделала ничего плохого. Знаешь ли, я не в первый раз напиваюсь с друзьями в баре. Я не собиралась делать ничего такого, а ты на меня орешь…

Он провел рукой по ежику волос на голове.

— Потому что я беспокоюсь за тебя! Не хочу, чтобы с тобой произошло что-нибудь плохое. Я не умею читать мысли. Я понятия не имею, что ты задумала, – попытался объясниться он, хотя в голосе еще звучала злость.

Второй раз за короткий срок я изрекла очередную глупость:

— Слушай, спасибо за беспокойство, но я взрослая женщина. Я сама могу о себе позаботиться.

— Может быть, и так. А ты задумывалась хотя бы на один гребаный миг, что кто-нибудь еще, может быть, тоже хочет позаботиться о тебе? – проворчал он.

Все мысли и чувства, владевшие мной, исчезли. Просто испарились.

— Ты… что? – Может, я слишком много выпила и не так его поняла? Это было бы не впервой, однако сейчас я не настолько пьяна.

На его лице появилось выражение из разряда «Да ты издеваешься!».

— Не было ничего труднее, чем дружить с тобой! – возмутился он.

Стоп.

— В смысле «не было»? – спросила я, мысленно разрываясь между его предыдущим и последним заявлением. Я-то решила, что он пытался сказать, будто хочет обо мне заботиться, но теперь…

— Ты самая странная женщина из всех, кого я знаю, Диана. Хочется то встряхнуть тебя за плечи, то… – Он осекся, пристально глядя мне в глаза.

Мускулистая рука, которая удерживала меня, переместилась мне за спину. Мозолистая ладонь с длинными пальцами погладила мою шею, и Даллас меня поцеловал. Его рот нежно, едва ощутимо коснулся моего, овеяв теплым дыханием.

Белые зубы уверенно прикусили мою нижнюю губу… и Даллас принялся целовать меня. Снова, и снова, и снова. Все мягче, нежней и ласковей.

Отбросив колебания, я несильно куснула его за верхнюю губу. Его язык тут же скользнул в мой приоткрытый рот и сплелся с моим. Продолжая одной рукой поглаживать мою шею, Даллас другой рукой сжал мое бедро. Мои руки суматошно блуждали по его телу, ласкали то грудь, то ноги. В висках стучало: Даллас, Даллас, Даллас… Как же я ждала этого! Больше, чем чего-либо еще в своей жизни.

Мы руками изучали тела друг друга.

Но вот его губы отстранились, скользнули по моей щеке, коротко втянули мочку уха, и я тут же ощутила их влажное тепло на шее. Даллас жадно отдался поцелуям, словно оголодав, словно настанет конец света, если он не изучит губами меня всю. Он пробовал меня языком, касался губами, прихватывал зубами кожу, а я лишь ближе придвигалась к нему, почти взобравшись на колени.

И вдруг как молнией ударило: что я делаю, черт возьми? Он ведь женат. Они расстались, но это не важно.

— Боже мой, – прошипела я и отпрянула. Кровь отхлынула от лица. Даллас открыл глаза, и я наставила на него палец: – Ты женат.

Он медленно моргнул, сглотнул, но руку с моего бедра не убрал. Взгляд его потрясающих глаз был лишь слегка озадаченным.

— Диана, – как никогда нежно произнес он мое имя, погладив большим пальцем под коленом. – Мой развод завершен.

— Он наконец-то развелся? – со всем доступным ее спокойной натуре волнением воскликнула Ванесса. – Когда?

— Да!

Уж я-то никогда не была спокойной. Я умирала от желания рассказать ей о том, что узнала два дня назад. Но когда проснулась вчера утром, страдая от похмелья, мне сначала пришлось приготовить завтрак, а потом тащиться в салон. К концу рабочего дня мне хотелось лишь одного: упасть на диван и заснуть. Это я и сделала через два часа после возвращения домой.