Книга Все еще впереди, страница 110 – Мариана Запата

— Я знаю. Но у меня есть руки. Я тебе помогу.

Бабушка? Сосредоточься, Диана! Я указала на гриль, за которым колдовал над мясом один из моих дядьев, и бросила еще один взгляд на мисс Перл. Я не видела сходства между ней и Далласом. Ни капли.

Не успели мы отойти от столика, как он спросил:

— Почему ты не скажешь ей, что твоя фамилия не Круз?

Я мельком глянула на него и усмехнулась:

— Даже и не знаю. Я уже говорила ей свою фамилию, однако она упорно продолжает звать меня мисс Круз или мисс Лопес. Пусть называет.

Даллас вздохнул, покачал головой и бросил взгляд в сторону столика с мисс Перл.

— Она ничего не забывает. Не покупайся на ее уловки. Я поговорю с ней.

Мне кажется, или между нами стало меньше неловкости и больше понимания? Видимо, не кажется. Впрочем, ничто так не сближает людей, как возможность выплакаться и поделиться историями о тех, кого они любили и потеряли.

Даллас уже не раз доказал мне, что он хороший человек. По-настоящему хороший.

— Ничего страшного. Пусть называет. Я-то знаю, какая у меня фамилия. – Мы остановились у гриля, и я посмотрела ему в глаза. – Хорошо, что ты пришел. Луи будет счастлив.

Чистая одежда без складок и пятен подчеркивала его привлекательность. Даллас сунул руки в карманы джинсов и слабо улыбнулся.

— Это он написал имя на приглашении? – лукаво прищурившись, поинтересовался он.

Я, не сдержавшись, рассмеялась:

— Да.

Его улыбка стала шире.

— Он написал «Дал-асс». Д-а-л-а-с-с. Даласс. «Унылая задница».

Припомнив, как впервые увидела неверно написанное на приглашении имя соседа, я едва снова не засмеялась. Да, я позволила мальчикам отнести его в таком виде. И пусть у Луи хромает правописание, однако он старается. Не могу же я критиковать его за старание? Особенно когда оно меня бесконечно веселит.

— Прости. Мне не хватило духу сказать малышу, что он неверно его написал. – Я вздохнула. – Совершенно неверно.

— Ничего, я лишь посмеялся, – признался Даллас, широко улыбнувшись. – Не переживай.

Я улыбнулась в ответ и указала на еду.

— Ничего не имеешь против мексиканской кухни?

— Не знаю никого, кто был бы против.

Это сбило меня с толку. Я удивленно подняла брови.

— Tio. Me das una pierna de pollo, porfa?^[17] – попросила я дядю, который заведовал грилем.

Затем повернулась к самому большому мужчине на этой вечеринке, который сейчас стоял рядом со мной.

— А ты что будешь?

— Fajitas, – ответил он с ужасающим акцентом, вызвав у меня улыбку.

— Y un pedazo grande de fajita, por favor^[18], – перевела я дяде, хотя тот прекрасно понимал и говорил на английском. Он без разговоров вручил нам две тарелки с тем, что я просила.

— Все в порядке? – поинтересовался Даллас, когда я вела его обратно к столику.

— Да. – Я посмотрела на опущенную руку соседа. – Как твоя ранка?

Клянусь, он рассмеялся и слегка согнул руку.

— Все хорошо. Ни гангрены, ни чего другого.

Фыркнув, я бросила взгляд на его щетину, которая, на мой взгляд, ему очень шла.

— Обращайся.

Его улыбка слегка увяла, зато моя лишь стала шире. Чем больше он сопротивляется проявлению дружелюбия, тем сильнее меня это злит. Тем больше мне этого хочется. Я всегда плохо ладила с людьми, которые говорили мне, будто я не могу что-то получить.

— Я пригласила Трипа, но у него уже были планы на вечер, так что ты сегодня будешь сам по себе.