Книга Пока не закончатся звезды, страница 157 – Инма Рубиалес

— Я уже еду. Пришли мне свою геопозицию и оставайся в машине, хорошо? – Мне не нравится это говорить, но другого выбора нет: – Я отключусь, чтобы твой телефон не разрядился. Скоро буду.

Не дожидаясь ответа, я нажимаю отбой, хотя мне было бы спокойнее, если бы мы продолжили говорить по дороге, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Вне себя от тревоги я убираю телефон в карман и хватаю ключи от машины.

— Что случилось? – спрашивает Эван.

— Майя. Она в беде. Возможно, это парень ее матери постарался.

Меня тошнит от одной мысли об этом. Черт, я не должен был оставлять ее одну.

— Я тебе нужен?

— Нет, но держи телефон под рукой.

Он кивает с серьезным видом.

— Понял. Я буду на связи.

Бросив на него прощальный взгляд, я выхожу из квартиры.

* * *

Дождь с силой стучит по лобовому стеклу, пока навигатор подсказывает мне направление. Я так напряжен, что у меня одеревенели мышцы. Однако стараюсь держать нервы в узде и сосредоточиться на дороге. Машин немного, но на выезд из города уходит около пятнадцати минут. Мне не по себе, когда я думаю о том, что Майя там одна. Наконец я заезжаю на заправку и вижу, что ее машина – единственная на парковке. Оставив двигатель и фары включенными, я выскакиваю наружу. Моя одежда промокла до нитки, но мне все равно. Должно быть, услышав меня, Майя тоже выходит из машины. Мы спешим навстречу друг другу, но затем она останавливается, смотрит на меня глазами, полными слез, и ее плечи содрогаются в новом приступе рыданий.

— Она мертва, Лиам. Моя сестра мертва.

Кажется, что мир рухнул.

Она бежит ко мне в объятия и прячет лицо на моей груди. Всего мгновение назад я злился на нее, но теперь это уже не важно. Мой первый порыв – притянуть ее к себе и крепко обнять.

— Мне жаль, – говорю я. – Мне так жаль.

Мне не довелось познакомиться с Денеб, но я знаю, что Майя слепо верила: однажды сестра очнется. Та играла важнейшую роль в ее жизни, и все это просто несправедливо. Майя не заслужила ничего подобного. Ее рыдания разбивают мне сердце, и я чувствую себя беспомощным. Жаль, я не могу стереть всю ту боль, что она сейчас испытывает.

Дождь не прекращается, но я не шевелюсь. Я пытаюсь обхватить ее руками, чтобы согреть. Она дрожит, и дело не только в слезах. Сегодня холодно, а на ней один тонкий джемпер, промокший насквозь. Я неохотно отстраняюсь, чтобы снять пальто.

— Ты замерзнешь, – шепчу я, помогая ей надеть его.

Она не в силах сопротивляться. Я с облегчением вижу, что на ее лице нет ссадин или синяков. По крайней мере Стив больше не поднимал на нее руку. Я застегиваю молнию на шее. Обхватив себя за плечи, Майя часто моргает глазами полными слез.

— Я ужасный человек, – бормочет она, ее голос срывается.

Я медленно качаю головой. Мне больно видеть ее такой.

— Перестань так говорить.

— Лиам, моя сестра умерла.

— Это не твоя вина.

— Но, возможно, я желала ей смерти.

Ох, черт.

Едва она это произносит, рыдания накатывают на нее с новой силой, как будто ей невыносимо думать об этом. Я молча заключаю ее в объятия. Она слишком строга к себе, но я могу ее понять. Последние восемь месяцев Майя постоянно приносила себя в жертву ради матери и сестры. Она чувствует себя в плену бесконечного стресса и страданий. Кто бы не захотел сбежать?

Но это не значит, что она рада ее смерти. Майя любила сестру и была готова помочь ей с восстановлением, если бы та очнулась. Однако это был бы медленный процесс, который причинил бы им много боли. Часть ее души чувствует облегчение, и я ее не виню. Теперь они обе смогут отдохнуть.