Книга Все наши цвета, страница 251 – Инма Рубиалес

Одно из качеств, которые мне нравятся в Логане, – его креативность. Он решил, что сделает татуировку в каждом городе, который посетит с бабушкой. Но вместо того, чтобы набивать их как попало, он создает целую картину: город. Все началось с силуэта здания в Веймаре, где он жил, затем к нему постепенно добавились самые известные достопримечательности Европы. Теперь я вижу реку – Сена, наверное, – и мост, который я однажды видела по телевизору.

— Это Мост Искусств, – объясняет Логан. – Пересекает Сену в центре Парижа. Там повсюду висят замки, символизирующие любовь каждой пары, которая их оставила. – Он снова поворачивается ко мне, натягивая футболку. – Бабушка купила замочек в память о деде.

Я слышу в его словах намек, и мое сердце начинает учащенно биться.

— Кажется, мне стоит побывает в Париже.

— Когда-нибудь мы поедем туда вместе, и я покажу замочек, который повесил я.

Он откидывается на спинку стула с лукавым блеском в глазах. В такие моменты я еще больше ненавижу расстояние между нами, потому что мое единственное желание – это кинуться целовать его, обнимать и не отпускать часами. Вместо этого приходится довольствоваться улыбкой на экране.

— Надеюсь, это не принесет нам несчастья.

— Наш замочек на Мосту Искусств в Париже? Конечно нет. Наоборот, теперь ты технически не сможешь бросить меня.

— Если только я не найду кусачки, чтобы избавиться от этого замка.

— Всегда такая острая на язык.

— Я скучаю по тебе.

— Знаю. Я тоже скучаю.

И все же отношения на расстоянии – сложные, хаотичные и одновременно прекрасные – лучше, чем вообще ничего. Я считаю дни до возвращения Логана в Портленд, но пока мне приходится довольствоваться тем, что у нас есть: его бессонными ночами, когда он разговаривает со мной, несмотря на разницу во времени, его смешными историями и каждым новым открытием, которое заставляет меня любить его еще сильнее.

Когда я спросила Логана, почему он решил сделать татуировку города только на верхней левой части спины, он ответил, что хочет оставить место для всех тех впечатлений, которые его еще ждут, впечатлений, которые стоит сохранить навсегда. Мне нравится эта идея – использовать тело как альбом воспоминаний для будущего.

И я поняла, что отныне хочу быть частью всех его воспоминаний.

И чтобы он стал частью моих.

Он уже рассказал, какую татуировку набьет следующей, когда вернется в Портленд, – это призма, которая преломляет свет и превращает его в радугу. Я пошутила, что это похоже на обложку альбома «Пинк Флойд», а Логан на это ответил, что эта татуировка всегда будет напоминать ему обо мне.

— Следующий пункт назначения? – спрашиваю я.

— Венеция. Мы уезжаем завтра. Будем плавать по каналам до заката.

— Постарайся не выпасть из гондолы.

— Спасибо. Сам бы я до этого не додумался.

— А потом?

— Флоренция. Рим. Затем Афины, а потом мы начнем двигаться вверх по карте. Хотим посетить Прагу и Осло. Закончим в Дублине. Это будет последний пункт перед возвращением в Портленд.

Логан бросает на меня многозначительный взгляд, и я знаю, что часть его тоже хочет поскорее оказаться дома.

— А я на следующей неделе уезжаю в Вашингтон на тот самый курс, – сообщаю я.

— Я смогу тебе звонить?

— Пока не знаю. Там занятия с утра до вечера. Я напишу.

— Ты будешь звездой курса.