Книга Все наши цвета, страница 118 – Инма Рубиалес

— Твоя мама – итальянка? – удивляется Саша.

— Она переехала сюда после знакомства с моим папой.

— Ты с Линдой? – спрашивает мама. – Привет, Линда!

— Нет, мама, я с Сашей. – Я смотрю на подругу. – Хочешь поздороваться?

Поколебавшись немного, Саша с улыбкой берет телефон.

— Ciao, миссис Харрис, – говорит она и смущенно поворачивается ко мне: – Я правильно сказала? Всегда думала, что это значит «до свидания».

— Все правильно, дорогая, – успокаивает ее мама ласковым голосом. – И можешь называть меня Джина, если хочешь. Мне не терпелось с тобой познакомиться! Лия столько о тебе рассказывала.

Саша смотрит на меня с удивлением, а я молюсь, чтобы лицо не покраснело. Учитывая, что, кроме Линды, у меня больше нет близких подруг, Саша довольно часто становится предметом моих разговоров с мамой.

— Как там папа и Оливер? – быстро перевожу тему. – Это мой младший брат, – поясняю я Саше.

— Папа в порядке, как всегда. Я ему сказала, чтобы он чаще тебе звонил, но у него сейчас сумасшедший график в ресторане. А Оливер пока привыкает к своим новым одноклассникам. Знаешь, у них в школе снова реорганизация, и теперь…

Она еще какое-то время рассказывает о брате, а потом переключается на стандартные вопросы об университете. Спрашивает про Линду, и я вновь вспоминаю о Логане. Если моя мама одобряет дружбу с Линдой, то кто он такой, чтобы ставить это под сомнение?

Но в глубине души я прекрасно знаю: в присутствии моей семьи Линда ведет себя совершенно иначе.

— Твоя мама – просто огонь, – воодушевленно заявляет Саша, как только я заканчиваю разговор. Маме, конечно же, хватило пары минут, чтобы пригласить Сашу на ужин в наш ресторан. Она не переставала повторять, что Саша просто обязана попробовать «лучшие итальянские блюда во всей стране». – Можно задать тебе один вопрос? Если не хочешь, не отвечай. Твои родители знают о?..

— Нет, – тут же отвечаю я. – Я пока ничего им не говорила.

Мы очень близки, но я не могу набраться смелости и рассказать им о той фотографии. Иначе придется объяснять, откуда вообще у Хейза появился этот снимок, а я не хочу видеть их осуждающие лица.

Я просто трусиха.

— И ты не будешь подавать заявление?

— Пока нет. Мне… мне кажется, я просто хочу забыть об этом.

Конечно, правильнее всего было бы пойти в полицию сразу, как это случилось, но тогда я не осмелилась. А теперь с каждым днем эта мысль вызывает у меня все больше стыда.

Саша мягко сжимает мое плечо.

— Думаю, тебе стоит это обдумать, – предлагает она. – Ты же знаешь, что я и моя семья всегда готовы помочь.

Я заставляю себя улыбнуться.

— Спасибо, Саша.

— Не за что. Я отлично знаю, как трудно на такое решиться.

Я колеблюсь, прежде чем продолжить, пытаясь понять, что скрывается за ее словами.

— Логан упоминал, что в прошлом году у тебя были проблемы с Дэниелом, – осторожно начинаю я.

Одно только имя Логана – и неприятное чувство возвращается, оседая тяжким грузом в груди.

— Он рассказал тебе, что случилось?

— Он посчитал, что мне лучше спросить у тебя, но не обязательно обсуждать это сейчас, – уточняю я. – Просто хочу, чтобы ты знала: если однажды захочешь поговорить об этом, я буду рядом.

Я смотрю ей в глаза, чтобы подчеркнуть серьезность обещания. Саша знает многое о моей жизни: я рассказывала ей, какой застенчивой была в школе, как начала встречаться с Хейзом и как все рухнуло, когда я узнала о его измене. Мне хотелось бы, чтобы она доверилась мне в ответ. Но если ей нужно больше времени, я подожду.