Книга Игрок, страница 97 – Селина Аллен

— За это можешь не переживать. Я не способен любить. А вот тебе следует быть осторожной. Ты ведь без ума от меня, всегда была. Но я понимаю тебя, тяжело держаться в стороне от столь прекрасного, не так ли? Тело чемпиона, – присвистнул я, прижимая ее грудью к стенке бассейна, а пальцами проникая в ее трусики и касаясь пылающего нутра.

Стоун закатила глаза от удовольствия и простонала:

— Синдром хоккейного придурка. Все вы думаете, что становитесь объектом желания, на самом деле люди просто глазеют на вас, как на мартышек, и удивляются, как такое большое… – она запнулась, когда я нашел ее клитор и стал играючи кружить над ним, заставляя ее ненасытно подаваться вперед в желании ускорить приближение оргазма. – Как такое большое эго не валит вас на землю от тяжести. И я не без ума от тебя, запомни. Парни моей лиги другие.

Я замер.

— Какие?

— Они ходят в библиотеку и знают, кто такой Чан Кайши[1].

— Ты про сорт чая?

— Смешно, но такие парни, как ты, не для меня, Рэй, если мы говорим об отношениях. Так что если ты не готов мириться с этим, то нам не о чем говорить.

Мускул на моей щеке дернулся, и мне едва удалось сдержаться, чтобы не перечеркнуть все, чего мы достигли за последние полчаса. Я парень не ее лиги?

— Это по мне. Я люблю охотиться, а ты никогда не покоришься. Идеальный тандем, ведь мы не будем убивать нашу дружбу чувствами. Это дерьмо всегда мешает, – сказал я, не понимая, кого хочу в этом убедить: ее или все-таки себя.

Я расстегнул кружевной бюстгальтер спереди и отбросил его на кафель, упругая грудь Стоун оказалась прямо перед моим лицом. И рассматривая тонкую светлую кожу, под которой, словно узор, виднелась сеточка вен, мелкие мурашки, светло-розовые ареолы и твердые соски, я забыл, о чем она говорила. Вместо этого самозабвенно скользнул языком по напряженному соску и стянул с нее трусики, чтобы затем отправить и их к бюстгальтеру. Теперь Кирби была полностью обнажена, прижималась ко мне, дрожа не то от возбуждения, не то от холода.

— Несколько правил… ах… – промурлыкала она, когда я проник в нее сразу двумя пальцами. – Не забывай, что это только секс, поэтому я ожидаю, что ты не станешь претендовать на мое свободное время.

В груди что-то протестующе кольнуло.

— Разумеется.

— Я давно и усердно иду к своей мечте, у меня нет времени на свидания, бесполезные переписки и глупые танцы под дождем. Только секс. Горячий, животный секс.

— Что не так с танцами под дождем? – спросил я.

— Предпочитаю солнце.

— Разговоры под звездами?

— Бессмысленная трата времени.

Я задумался.

— День святого Валентина?

— Бессмысленная трата денег.

— Парные браслеты?

— Кому нужно все это сентиментальное дерьмо?

Очевидно, никому.

Я попытался поцеловать ее, но она дернула головой и одарила меня дерзким, немного высокомерным взглядом.

— Ты не хочешь, чтобы я целовал тебя? – прямо спросил я.

— Еще одно маленькое правило: никаких поцелуев.

— Почему?

— Потому что это совсем не подходит друзьям с привилегиями.

— Мы сами определяем, что подходит, а что нет… – пробормотал я, словно хотел убедить ее поменять решение.

— Вот именно, никаких поцелуев, – холодным тоном повторила она.

Разозлившись, я настойчиво приник к ее шее и прикусил кожу, заставляя ее вскрикнуть от боли. Пальцы Кирби мягко очертили мой пресс и вызволили пульсирующий член из боксеров. Стоун погладила его и надавила большим пальцем на головку, срывая с моих губ хриплый стон. Провела по длине и сжала у основания.