Книга Не дай мне влюбиться, страница 93 – Келси Рей

Бекка кладет последнюю сковородку в мыльную воду и снимает полотенце с крючка возле раковины.

— Хочу поблагодарить тебя, – говорит она.

— За что? – я смотрю на нее, удивленная искренностью в ее голосе.

— За то, что помогла Кольту с оценками. Любопытное материнское сердце подсказало мне взломать его онлайн-портал в его первый же день в университете, и с тех пор я следила за его оценками. Не волнуйся, Кольт знает, – добавляет она и подмигивает. – Но профессор Бьюкенен обновил оценку за крайний тест в начале недели. Кольт набрал девяносто семь процентов.

— Правда?

В груди нарастает чувство гордости, когда миссис Торн улыбается мне в ответ.

— Да, правда. Не знаю, что ты сказала или сделала, чтобы убедить его снова начать стараться, но спасибо тебе. От всего сердца спасибо.

Я прикусываю нижнюю губу, слишком ошеломленная, чтобы подобрать слова.

— Я не сделала слишком много, – веду плечами я.

— Я так не думаю, – противопоставляет она. – Ты ему нравишься, знаешь ли.

— Он мне тоже нравится, – с улыбкой признаю я, продолжая мыть сковородку.

— Приятно вновь видеть его улыбку.

Ее слова пропитаны грустью. Я смотрю на нее через плечо и тыльной стороной ладони убираю волосы со лба.

— Хм?

— Да. Когда его отец умер, я боялась, что он никогда больше не улыбнется.

Что ж, дерьмово.

— Мне очень жаль, миссис Торн, – произношу я, жуя нижнюю губу, пока мое сердце уходит в пятки.

— Не извиняйся. Ты не виновата.

— Ваш сын сказал то же самое, когда я узнала о его отце и извинилась, – говорю я ей.

— Видимо, вы два сапога пара, – смеется она.

— Выходит, так и есть. Но мне все еще жаль. Даже если я не виновата, – уточняю я, ополаскивая сковородку и передавая ее миссис Торн, чтобы та вытерла ее. – Это все еще хреново.

С грустной улыбкой она забирает посуду и насухо вытирает ее полотенцем.

— Да. Да, это все еще хреново. Спасибо. За то, что заставила его снова прийти на воскресный завтрак. С тех пор как Нокс и Гаррет уехали из штата, остались только мы с Блэйкли. Снова иметь связь с Кольтом после смерти его отца… – Она похлопывает меня по мыльной руке. – Это много значит для меня.

— Думаю, для него это тоже много значит. И спасибо вам, что воспитали Кольта таким.

— Он у меня джентльмен, – соглашается она, и я прикусываю щеку изнутри, чтобы не фыркнуть от смеха. К счастью, миссис Торн ничего не замечает и добавляет: – У него был хороший пример дома, знаешь ли. Отец был просто сокровище.

— Если он был похож на Кольта, то верю.

— Он был очень похож на Кольта, – она шмыгает носом и промокает уголок глаза полотенцем. – Эти двое были близки. Они могли часами разговаривать по воскресеньям и смотреть любой матч, который был по расписанию. Им было все равно, какой это был спорт. Им просто нравилось разговаривать. Это было очаровательно.

У меня болит сердце, когда слышу боль в ее голосе, но не указываю ей на это.

— Звучит именно так, – говорю я, улыбаясь ей.

— А как у тебя с твоей семьей? Вы близки? – добавляет она, вытирая тарелки свежим полотенцем.

— Не очень-то. – Я прячу хмурый взгляд за фальшивой улыбкой и не смотрю на нее.

— О? – Я слышу вопросы в ее голосе.

То, как она не хочет копать глубже, но также ей интересно переждать тишину, чтобы увидеть, сдамся ли я.

— Я единственный ребенок. И мои родители прекрасные, но немного… распущенные, что ли. Думаю, они были в восторге, когда снова стали свободными, когда я переехала, – объясняю я, поджав губы и начав мыть новую тарелку.