Книга Дистанция, страница 8 – Луна Мейсон

Я застываю, изображая статую, потому что не хочу усугубить ситуацию.

Так, Сиенна, нам нужно с этим разобраться. Сорвать пластырь и умчаться отсюда, убежать далеко-далеко и никогда не возвращаться. Набравшись почти не оставшейся во мне смелости, я приоткрываю один глаз и пытаюсь рассмотреть того, с кем столкнулась. А рука все так же обхватывает теперь уже пульсирующий член.

Оглядывая мужчину снизу-вверх, отмечаю черный смокинг и гору мышц. Осторожно миную шею и, наконец, смотрю в лицо незнакомцу, который буквально мог оказаться героем одной из моих непристойных книг. Своими темными глазами он всматривается в мои. Я прежде не видела настолько темного оттенка, он словно забирается мне в душу. Зачарованная самым сексуальным мужчиной из всех, кого встречала в своей жизни, я не могу найти в себе сил перестать пялиться. На макушке его волосы цвета воронова крыла достаточно длинные, чтобы сжать их в кулаке, а по бокам коротко обриты. Волевой подбородок кажется еще более выразительным благодаря татуировке крыла падшего ангела, покрывающей всю его шею. Я задерживаю дыхание и распахиваю глаза шире. Нужно рассмотреть его получше. И стоит мне решиться, я слышу, как он прочищает горло, возвращая меня в реальность. В которой я держу руку на его члене, теперь уже пульсирующем довольно сильно.

Я резко отдергиваю ладонь, словно меня отчитали, и пытаюсь отстраниться. Однако хватка на моей заднице становится крепче, и он притягивает меня ближе, губами едва не касаясь моего уха. Дыханием он щекочет мою нежную кожу, вызывая мурашки. Все тело в ответ на его действия трепещет, а к щекам приливает жар.

Он улыбается, почти касаясь моей щеки, и внутри у меня вспыхивает пламя. Я непроизвольно закрываю глаза, и с губ срывается тихий стон.

Твою мать.

Сука, и сколько мне еще терпеть этот цирк? Бросаю взгляд на «Ролексы». Осталось три часа, и все идет… великолепно. Раздраженно отбиваю по столу из золота ритм. Если мне придется вступить в очередную светскую беседу с одним из этих напыщенных придурков, я обязательно сломаю кому-нибудь челюсть.

Сегодня открытие моего нового ночного клуба… то есть такого мнения придерживаются все средства информации. С моей точки зрения я продолжаю выплачивать свой долг Луке. Одна мысль о нашем договоре вызывает у меня ухмылку. Моему сводному брату, ставшему лидером крупнейшей мафиозной организации в Нью-Йорке, пришла в голову гениальная идея – я должен изобразить, будто правда пытаюсь вернуть долг мафии. За то, что они сделали самую малость – спасли мою гребаную жизнь.

Нет больше Келлера, оборванца и боксера, мотающего срок в тюрьме за то, что почти убил кое-кого во время подпольного боя. Вместо него появился Келлер «Киллер» Руссо, о бое с которым мечтает каждый, ставший неоспоримым чемпионом мира в тяжелом весе. Я живу и дышу боями. Ничто не доставляет мне такого удовольствия, как возможность выпустить таящегося внутри зверя и выбить все дерьмо из противника. Иного пути я не знаю. Только сейчас я наконец-то занялся своим делом, предварительно подписывая многомилионные контракты.

Провожу рукой по мягкому кожаному изголовью дивана, стоящего у танцпола, откидываю голову и закрываю глаза. «Всего-то три долбаных часа», – думаю я и глубоко вздыхаю. Басы сотрясают мое тело. Отпиваю из стакана скотч, обжигающий напиток ласкает стенки горла, и я начинаю изучать помещение. Зал заполнен отчаявшимися женщинами и пускающими на них слюни офисными кретинами.