Книга Дистанция, страница 76 – Луна Мейсон

Каждое утро мы вместе пьем кофе, после чего Келлер отвозит меня на работу и одаривает потрясающим поцелуем, от которого меня весь рабочий день преследует непроходящее возбуждение. Ровно в пять он оказывается у входа в мой офис и голодным взглядом провожает меня от здания до машины.

Потом мы вечерами обнимаемся на диване и смотрим документальные фильмы о преступниках, выясняя, кто из нас первым раскроет дело. Я пока не выигрывала.

Он оживляется, когда мы говорим о его боксерской карьере и предстоящем через несколько недель бое. Он изнуряет себя ежедневными тренировками. Его страстную натуру и выдержку невозможно не заметить.

И не будем забывать о бесконечном потрясающем сексе. Господи, я и до этого знала, что он в хорошей форме. Теперь же могу подтвердить, что он более чем способен выдержать двенадцать раундов. Сомневаюсь, что в его удивительно большом пентхаусе осталась хоть одна не помеченная нами поверхность.

Каждую ночь я засыпаю, прижавшись к нему, но каждое утро просыпаюсь в пустой постели. Его сторона матраса почти не примята, словно он вообще не спит.

Все начинает казаться почти идеальным.

К пятнице у меня ноет все тело, я вымотана, но никогда не чувствовал себя бодрее. Проснувшись утром, я не обнаружила Келлера в пентхаусе, он не появился, чтобы выпить кофе или подвезти меня. Я пыталась ему дозвониться, но безуспешно. Не желая выставлять себя назойливой, требовательной подружкой, я беру себя в руки, вспоминая, что сама вообще-то взрослая, и решаю дойти до метро пешком. Не то чтобы мне этого хотелось. Все никак не получается избавиться от странного ощущения, что за мной наблюдают. Дэвид на этой неделе на больничном, так что в обеденный перерыв я гуляю одна. И каждый раз меня охватывает беспокойство, отчего я сокращаю время прогулки и возвращаюсь в офис поскорее. После второго раза у меня сдают нервы, и я перестаю выходить на обед. Может быть, я все себе придумала.И я вздыхаю.

Стоит почаще себе напоминать, что не нужно полагаться на мужчин. Я продвинулась в жизни так далеко, потому что рассчитывала только на себя, и, черт возьми, сейчас менять ничего не намерена. Я все сильнее влюбляюсь в Келлера. Я знаю, что не должна этого делать, но сердцу не прикажешь.

Нам было ясно, что мы оба не хотим отношений, но с каждым днем наше поведение все больше напоминало именно те самые отношения. Если я не с ним, то думаю только о нем. Когда я рядом, мне хочется сорвать с себя одежду и позволить ему поглотить каждый дюйм моего тела. Мы освещаем друг друга сквозь тьму, которая по-своему окружает нас обоих.

Пока кофеварка с жужжанием оживает и наполняет мой стаканчик навынос темной жидкостью, я стою на кухне и постукиваю ногой. Даже одного запаха кофе достаточно, чтобы разбудить меня.

Открываю стиральную машину, чтобы закинуть в нее белье. Мне казалось, я захватила с собой достаточно вещей. Но Келлеру, как какому-то пещерному человеку, обязательно нужно каждый раз рвать мои трусики, и выходит, что у меня осталось две пары черного атласного белья. Вытаскиваю гору одежды, скинутую в машину, и швыряю ее на пол. Через мгновение в ноздри бьет какой-то металлический запах, и я морщусь.

Подбирая каждый черный предмет по одному, бросаю их в барабан, и замечаю, что кончики моих пальцев покрыты кровью. Что за хрень?Я пытаюсь сдержать подступающую к горлу рвоту. На белый мрамор капает темно-красная жидкость. Трясущимися руками в красных разводах я кидаю промокшую черную толстовку в машинку, и мое тело охватывает паника. На ватных ногах я иду к раковине и, включив горячую воду, энергично оттираю кровь с пальцев.