Книга Песнь затонувших рек, страница 54 – Энн Лян

— Она не виновата, — поспешно ответила я. — Я только что проснулась.

Его взгляд метнулся ко мне и остановился на повязке.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — ответила я.

Он бросил на меня недоверчивый взгляд.

— Довольно неплохо, — поправила я. — Спасибо, что… спас меня. — «Еще раз», — хотела добавить я, невысказанная фраза рвалась наружу. Что за странная судьба объединила нас, вечно бросая от жизни к смерти, от разлуки к воссоединению, от радости к отчаянию.

— Ты первой меня спасла, — он покачал головой. — Лучше бы тот лучник выстрелил в меня.

Повисла тишина, лишь весла тихо ударялись о воду и вдалеке кричали аисты. Я вспомнила его последние слова перед тем, как вокруг сомкнулась тьма: «Если ты умрешь, я…» Что же он сказал? Мне отчаянно хотелось знать ответ, но некоторые признания люди делают лишь в крайних обстоятельствах. Теперь, когда опасность миновала и в окна лился теплый желтый солнечный свет, а рядом стояла Чжэн Дань и наблюдала за нами, эти слова казались неуместными. Момент был упущен.

Я откашлялась и попыталась сесть прямо.

— Кто на нас напал? Ты видел?

— Нет, но догадываюсь. — Он отвечал таким же нейтральным тоном, что и я. — Ты, наверное, уже поняла, и вскоре сама убедишься, что двор вана У раздирают интриги. Придворные издавна враждуют и поделились на группировки. Есть те, кто поддерживает Фучая: молодые придворные, те, кто слаб и кого можно подкупить обещаниями красивого фарфора и наложниц для гарема. Но есть и те, кто втайне презирает Фучая, считая его распущенным рабом своих прихотей, и хранит верность другому вану: его отцу Хэлюю, ведь ему они служили гораздо дольше. Эти придворные не забыли, что Хэлюй погиб в бою, и помнят его последние слова: остерегаться Юэ во что бы то ни стало.

— Значит, они не хотят, чтобы я приезжала, — медленно проговорила я. Мне все стало ясно. — Верно? Они знают, что ван Юэ шлет меня в подарок и воспринимают это как жест доброй воли, знак, что он не хочет затевать войну. Они считают это оскорблением памяти вана Хэлюя или…

— Или подозревают, что это ловушка, — оборвала меня Чжэн Дань с мрачной миной. — Они знают, что Фучай их не послушает, поэтому решили взять дело в свои руки. Фучай никогда не догадается, что за этим стояли они.

— Мало того, — по спине пробежал холодок, — все это будет выглядеть легкомысленной ошибкой его величества или даже злой шуткой: пообещал вану красивых девушек, а они погибли, не добравшись до пункта назначения. Фучай мог воспринять это как личное оскорбление, и конфликт между нашими княжествами снова бы обострился.

Фань Ли кивнул.

Я пыталась не паниковать. Нас много раз предупреждали, что наша миссия опасна, что мы должны быть осторожными и следить за каждым шагом, никому не доверять, потому что стоит только отвернуться, и нам воткнут нож в спину. Но одно дело предупреждения, и совсем другое — холодная безжалостная сталь, вонзившаяся в плечо, грубые руки в перчатках, что вытащили меня из кареты, вкус крови и смерти на языке и наш ночной побег.

— Мы успеваем вовремя? — спросила я Фань Ли, не зная, какой ответ хочу услышать. В глубине души мне хотелось, чтобы лодка развернулась и поплыла обратно, а прибытие в княжество У отложилось на неопределенный срок.

— Да, — ответил он, — но что касается нападения и твоей раны… — Его черные глаза полыхнули.