Книга Искупление, страница 116 – Элизабет фон Арним

Все должны видеть внимание семьи, каких бы неимоверных усилий это ни стоило. Нужно показать детям свою любовь к Милли, а слуг следует заставить ее заметить. Что до денежных издержек, это сущий пустяк, нелепо поднимать шум по такому поводу, изрек Фред и обвел женщин суровым взглядом.

Так уж ли дорого обходится гость? В конце концов, Милли будет всего лишь гостьей: вы не успеете почувствовать, что траты возросли, как она уже переедет в другой дом, – прибавил он с усмешкой. – К тому же у нее есть тысяча фунтов.

Фреда и Берти поддержали Алек и Джордж. Довольные, что кто-то взял на себя ведущую роль, они смотрели на семь женщин, словно хотели сказать: «Только посмейте ставить палки в колеса!» – но все сознавали угрозу, нависшую над семейным благополучием, и ни одна из жен и сестер Ботт не решилась возразить. Оглашение завещания Эрнеста стало лишь первым потрясением, с того дня им немало пришлось вынести, и они готовы были покориться необходимости. Подобно Рут женщины согласились безропотно принять любое решение, какое вынесут мужья и братья, даже жена Берти Эдит, слушая Фреда, подумала, что нельзя пренебрегать никакими средствами, лишь бы заткнуть рты сплетникам. Ее приводили в бешенство расспросы дочерей, что такого сделала тетя Милли. За одной из девочек ухаживал настоятель прихода Святого Тимофея, скандал отпугнул бы его, и о свадьбе, конечно, пришлось бы забыть. С возмущением замечала Эдит циничные ухмылки сыновей – из отдельных намеков и взглядов, которыми обменивались родители, те заключили, что и тетушки не всегда такие, какими кажутся. Вдобавок она, как и остальные, испытала невероятное облегчение, когда Милли вернулась, и, не помня себя от радости, подобно остальным, готова была согласиться на то, что при менее драматических обстоятельствах показалось бы невозможным.

А потому решение принимать Милли у себя в доме всем по очереди и хлопотать вокруг нее больше не встретило возражений, и споры разгорелись, лишь когда начали обсуждать всевозможные мелочи. К примеру, как долго будут длиться визиты, кто первым пригласит Милли к себе, зависит ли очередность от возраста, должны ли четверо братьев следовать один за другим или лучше чередовать их с замужними сестрами.

Последнее предложение замужние сестры отвергли, не желая чередоваться. Они считали, что вначале должны следовать один за другим братья независимо от возраста, но, так или иначе, им нужно спросить мнение мужей.

— Почему они не здесь? – осведомился Фред.

— Ну, по правде сказать, Милли ничто не связывает с мужьями сестер ее покойного мужа, – заявила Мод, старшая из сестер.

Наступила тишина. Все посмотрели на Алека, но тот, сознавая, что все на него смотрят, потянул себя за бороду и не произнес ни слова.

— Что скажешь, Алек? – спросил Фред, видя, что брат молчит.

Алек, казалось, дал понять, что не желает быть первым, кто пригласит к себе Милли, однако, несомненно, к этому обязывал его долг, ведь он старший из братьев.

Когда Фред повторил вопрос, Алек откашлялся и пустился в объяснения: он, конечно, сознает, что, как старший в семье, должен быть первым, но это не в его силах, да и Рут в последнее время стала ощущать свой возраст. К тому же, как всем хорошо известно, и он рад об этом напомнить – Алек с нежностью посмотрел на жену, и та ему улыбнулась, – Рут глубоко религиозная женщина и ей как таковой (не то чтобы остальные женщины в семье не столь религиозны, но для Рут вера особенно важна), наверное, не следует первой принимать Милли у себя в доме.