Книга Не суди по оперению, страница 111 – Зои Брисби

— Я же говорила, что прикрою тебя.

После автодрома они едва держались на ногах. Издали можно было подумать, что они напились, но на самом деле они были опьянены тем, что только что пережили.

Алекс поддерживал Максин, а она шла с ним под руку скорее из удовольствия, чем по необходимости. Казалось, они были высечены из одного куска мрамора, неотделимые и неразлучные. Они радовались мешанине звуков, густым басам, от которых сильнее билось сердце, запахам сладостей, бегающим детям и гоняющимся за ними родителям.

Алексу казалось, что внутри него словно сняли предохранитель. Он воспринимал все легче, но всем своим существом. Ощущал все острее, как будто его органы чувств наконец-то пробудились. Он жадно впитывал в себя запахи, цвета, звуки, вкусы. Ему захотелось запечатлеть это мгновение.

— Можете одолжить мне ваш телефон?

— Ты хочешь кому-то позвонить?

— Нет, хочу сделать селфи.

— Не знаю, есть ли такое в моем телефоне. Он ведь староват.

Она остановилась и поставила сумку на скамейку, чтобы запустить в нее руки. Поиски продолжались немало секунд. Увидев, как появляются баночка крема от морщин, фарфоровая кошечка и кружка с надписью «I love Paris», Алекс собирался было остановить ее поиски. Но Максин не сдавалась и наконец изъяла из чрева сумки свою старую «Нокию».

Взяв ее в руки, Алекс нажал несколько откликавшихся громким бипом кнопок, чтобы найти функцию «фотография». Раньше фото делали в видеоинтерфейсе VGA, не гонялись за миллионами пикселей, а просто увековечивали какой-то момент в жизни. Как раз то, что нужно, именно это и хотел сделать Алекс.

Он обнял Максин за плечи, встал к ней щекой к щеке и навел на них камеру.

— Готовы?

— К чему?

— Сделать наше селфи.

Она отодвинулась.

— А это не больно?

— Да нет. Это просто фото нас двоих.

— Ты хочешь попросить кого-то нас сфотографировать?

— Этого не нужно. Я должен только отвести подальше руку и нажать на кнопку.

И он указал пальцем на двух девочек лет двенадцати, которые как раз фотографировали себя, вытянув губы трубочкой и вытаращив глаза.

— Вот, видите, что значит делать селфи.

— Ты хочешь, чтобы я состроила такую же рожу на твоем фото?

— Нет, – засмеялся в ответ Алекс. – Это не обязательно. Они делают так, чтобы казаться покрасивее и похудее.

— Сумасшедший дом!

— Это как сувенир. Мне хочется сохранить воспоминание о сегодняшнем дне, о нас.

— Ладно. Сколько раз можно сняться? Четыре?

— Это не как в фотокабинке. Можно снимать сколько угодно. Готовы?

Она достала из огромной сумки расческу и поправила прическу, хотя ее укладка осталась незыблемой даже после бешеных гонок на бамперных машинках.

— Фотографии черно-белые или цветные?

— Цветные, конечно.

Она провела по губам перламутровой помадой и пощипала щеки, чтобы придать им румянец. Затем последний раз взглянула в зеркальце серебряной пудреницы, оценивая свой вид.

— Ну вот, я готова. Селфуй меня!

Алекс с нежностью посмотрел на нее.

— Вы очень красивая!

Она снова похлопала его по плечу.

— Прекрати. Ты заставляешь меня краснеть… И я буду на фотографии как помидор!

Алекс положил руку на плечо Максин и наклонился, чтобы быть с ней одного роста. Отвел подальше руку. Раздался щелчок.

— Готово, – удовлетворенно сказал молодой человек.

— Не получилось. Я не видела вспышки.