Книга Никогда, никогда, страница 124 – Таррин Фишер, Колин Гувер

Чарли напрягается. Я чувствую ее растерянность. Я знаю, что она еще не освоилась с тем, что произошло с ней за последний час, и отвечаю за нее сам.

— Нам очень жаль, – говорю я полицейскому. Несколько секунд он глядит на Чарли, затем переводит взгляд на меня. – Мы поссорились, и она решила исчезнуть на несколько дней, чтобы все обдумать. Она не знала, что ее будут искать и что кто-то заявит в полицию, будто она пропала.

У полицейского делается скучающий вид.

— Я ценю вашу способность отвечать от лица вашей девушки, но мне бы очень хотелось услышать, что на этот счет имеет сказать сама мисс Уинвуд. – Он встает, нависнув над нами, и показывает на дверь. – Подождите снаружи, мистер Нэш. Я бы хотел поговорить с ней один на один.

Черт.

Мне не хочется оставлять ее наедине с ним. Я колеблюсь, но Чарли ободряющим жестом кладет руку мне на предплечье.

— Все в порядке. Подожди меня снаружи. – Я пристально смотрю на нее, но, похоже, она уверена в своих силах. Я встаю, сделав это слишком резко, и мой стул, отодвигаясь назад, издает ужасный скрипучий звук. Я больше не смотрю на полицейского, а выхожу, закрываю за собой дверь и начинаю ходить по безлюдному коридору.

Чарли выходит несколько минут спустя с рюкзаком, висящим на ее плече, и самодовольной ухмылкой на лице. Я улыбаюсь ей в ответ, понимая, что мне вообще не стоило опасаться, что она позволит своей нервозности взять над собой верх. Сейчас она в четвертый раз начинает все с нуля, и, судя по всему, в первые три раза она с этим справлялась. Справится она и на этот раз.

На сей раз она не садится на переднее сиденье. Когда мы подходим к машине, она предлагает:

— Давай оба сядем сзади, чтобы просмотреть все это.

Лэндон раздражен – ему кажется, что мы и так разыгрывали его слишком долго, а теперь еще и вынуждаем его играть роль нашего шофера.

— Ну и куда теперь? – спрашивает он.

— Просто поезди кругами, пока мы не решим, куда нам лучше отправиться сейчас, – говорю я.

Чарли расстегивает молнию на рюкзаке и начинает рыться в нем.

— Думаю, нам надо поехать в тюрьму, – говорит она. – Возможно, мой отец сможет нам что-то объяснить.

— Опять? – вопрошает Лэндон. – Вчера мы с Сайласом попытались нанести ему визит. Но нам не разрешили с ним поговорить.

— Но я же его дочь, – возражает Чарли. И молча смотрит на меня, будто ища моего одобрения.

— Я согласен с Чарли, – говорю я. – Давайте съездим к ее отцу.

Лэндон тяжело вздыхает.

— Когда же все это закончится, – бормочет он, выезжая направо с подъездной дороги полицейского участка. – Это просто абсурд. – Он включает радио и увеличивает громкость, чтобы не слышать нас.

Мы начинаем доставать из рюкзака бумаги. Они сложены в две стопки – я помню, как я раскладывал их пару дней назад, когда впервые просматривал все эти записи. Я отдаю Чарли ее дневники, а сам начинаю разбирать письма, надеясь, что она не заметит, что я пропускаю некоторые из них, те, которые прочел раньше.

— Все эти дневники так подробны, – замечает она, листая их. – Если я писала так много и так часто, но неужели у меня нет дневника, который бы относился к настоящему времени? Я не могу найти здесь свой дневник за этот год.

Она права. Когда я был на ее чердаке и засовывал в рюкзак все эти бумаги, я не заметил ничего такого, что выглядело бы так, будто она пользовалась этим в последнее время. Я пожимаю плечами.