Книга Все закончится на нас, страница 143 – Колин Гувер

Райл выпустил мои руки.

— Я опаздываю на смену, – сказал он, показывая большим пальцем себе за плечо. – Мне пора на работу.

Я кивнула и проводила его. Только закрыв за ним дверь и оставшись одна в квартире, я осознала, что улыбаюсь.

Я все еще была невероятно сердита на него, потому что именно из-за него мы оказались в подобной ситуации, поэтому моя улыбка была связана лишь с тем, что мы чуть продвинулись вперед. Иногда родителям приходится мириться с разногласиями между ними и зрело смотреть на ситуацию, чтобы сделать так, как будет лучше для их ребенка.

Именно это мы и сделали. Мы поняли, как нам жить в наших обстоятельствах, пока наш ребенок не появится на свет.

Я почувствовала запах поджаренного хлеба.

Я потянулась в постели и улыбнулась, потому что Райл знал, как я люблю тосты. Я полежала еще немножко, прежде чем попытаться встать. У меня было такое ощущение, что потребуется усилия трех мужчин, чтобы поднять меня с постели. В конце концов я сделала глубокий вдох, потом спустила ноги на пол и подняла себя с матраса.

Первым делом я пошла писать. Я только и делала, что писала. До родов оставалось два дня, но врач сказал, что я могу проходить еще неделю. На прошлой неделе я ушла в отпуск по беременности, поэтому я только писала и смотрела телевизор. Такой стала моя жизнь.

Когда я пришла в кухню, Райл жарил омлет. Услышав мои шаги, он обернулся.

— Доброе утро! – сказал он. – Пока никакого ребенка?

Я покачала головой и положила руку на живот.

— Нет, но за ночь я писала девять раз.

Райл рассмеялся:

— Это новый рекорд. – Он положил на тарелку немного омлета, добавил бекон и тост, протянул тарелку мне и быстро поцеловал меня в висок. – Мне пора идти. Я уже опаздываю. Телефон я выключать не буду.

Я улыбнулась, посмотрев на свой завтрак. Ладно, значит, я еще и ем. Писаю, ем и смотрю телевизор.

— Спасибо, – весело поблагодарила я, взяла тарелку, уселась на диван и включила телевизор. Райл суетился в гостиной, собирая свои вещи.

— Я забегу тебя проведать во время перерыва на ланч. Вечером мне придется задержаться, но Алиса сказала, что она может принести тебе ужин.

Я округлила глаза.

— Я в порядке, Райл. Врач рекомендовал легкий постельный режим, а не говорил о полном расстройстве здоровья.

Он начал открывать дверь, но остановился, как будто что-то забыл, бегом вернулся ко мне и прижался губами к моему животу.

— Я вдвое увеличу твое содержание, если ты решишь появиться на свет сегодня, – сказал он малышу.

Райл много разговаривал с ребенком. Пару недель назад я наконец почувствовала себя достаточно комфортно, чтобы позволить ему приложить руку к моему животу и ощутить, как толкается малыш. С тех пор он иногда заходил ко мне, но не для того, чтобы пообщаться со мной, а для того, чтобы поговорить с моим животом. Но мне это нравилось. Мне нравилось то, с каким восторгом он относился к тому, что станет отцом.

Я взяла одеяло, которым укрывался Райл, когда спал этой ночью на диване, и закуталась в него. Уже неделю он оставался в квартире на ночь, ожидая, когда у меня начнутся роды. Поначалу меня смущало его присутствие, но Райл мне очень помог. Я так и спала в гостевой спальне. Третья спальня превратилась в детскую, и это означало, что главная спальня была свободна, и он мог бы спать там. Но по какой-то причине Райл предпочел спать в гостиной на диване. Вероятно, воспоминания о том, что произошло в нашей спальне, так же мучили его, как и меня, поэтому никто из нас даже не заходил туда.