Книга Все закончится на нас, страница 128 – Колин Гувер

Когда я закончила свой рассказ, мы обе плакали. Алиса лишь время от времени реагировала на мои слова сдавленным «ох, Лили».

Да ей и не надо было отвечать мне. Райл был ее братом. Я знала, что она хочет, чтобы я принимала во внимание его прошлое. Хочет, чтобы я наладила с ним отношения, потому что он был ее братом. Предполагалось, что мы должны быть одной большой счастливой семьей. Я точно знала, о чем она думала.

Алиса долго молчала, обдумывая все то, что я ей рассказала. Наконец она подняла на меня глаза и сжала мои руки.

— Мой брат любит тебя, Лили. Он так сильно тебя любит. Ты изменила всю его жизнь и сделала его таким, каким я и не надеялась, что он станет. Как его сестре, мне больше всего на свете хочется, чтобы ты нашла в себе силы простить его. Но как твоя лучшая подруга, я должна тебе сказать, что, если ты примешь его обратно, я больше никогда не заговорю с тобой.

Мне потребовалось время, чтобы осознать ее слова, но поняв их, я разрыдалась.

И она тоже.

Алиса обняла меня, и мы вместе оплакивали ту любовь, которую мы испытывали к Райлу. Мы плакали, потому что в ту минуту мы его ненавидели.

Мы проплакали какое-то время, сидя на кровати Алисы, потом она отпустила меня, встала, подошла к комоду и вытащила коробку бумажных носовых платков.

Мы обе вытирали глаза и шмыгали носами, когда я сказала:

— Ты моя лучшая подруга, такой у меня никогда не было.

Она кивнула:

— Я знаю. А теперь я буду самой лучшей тетей. – Алиса вытерла нос и снова шмыгнула им, но она уже улыбалась. – Лили, у тебя будет малыш. – Она сказала это с восторгом, и я впервые смогла разделить радость от моей беременности. – Мне неприятно это говорить, но я заметила, что ты прибавила в весе. Но я думала, что ты в депрессии и слишком много ешь после отъезда Райла.

Она прошла внутрь стенного шкафа и начала доставать для меня вещи.

— У меня осталось столько одежды для беременных, и я отдам ее тебе.

Мы принялись разбирать вещи. Потом Алиса достала чемодан, открыла его и начала швырять туда одежду, пока она не начала из него вываливаться.

— Я бы никогда это не надела, – сказала я ей, показывая рубашку с торговым ярлыком. – Вещи все дизайнерские. Я их испачкаю.

Алиса рассмеялась и отправила рубашку в чемодан.

— Они мне больше не понадобятся. Если я снова забеременею, я просто скажу моим людям, чтобы они купили мне новые. – Она сняла с вешалки еще одну рубашку и протянула ее мне. – Держи, примерь вот это.

Я сняла свою рубашку и натянула через голову рубашку для беременных. Потом я посмотрела на себя в зеркало.

Я выглядела… беременной. Типа «ты-этого-уже-не-спрячешь» – вот такой беременной.

Алиса положила руку на мой живот и посмотрела в зеркало вместе со мной.

— Ты уже знаешь, мальчик или девочка?

Я покачала головой:

— На самом деле я не хочу этого знать.

— Надеюсь, что это девочка, – сказала Алиса. – Наши дочки смогут стать лучшими подругами.

— Лили?

Мы обе обернулись и увидели Маршалла, стоявшего на пороге. Он смотрел на мой живот. На руку Алисы, лежавшую на моем животе. Маршалл склонил голову к плечу и указал на меня пальцем.

— Ты… – Он смутился. – Лили, это же… Ты понимаешь, что ты беременна?

Алиса спокойно подошла к двери и положила руку на ручку.

— Есть кое-какие вещи, которые ты ни в коем случае не должен повторять, если хочешь, чтобы я осталась твоей женой. И это одна из таких вещей. Ты меня понял?