Онлайн книга «Поэма о Шанъян. Том 1–2»
|
— Что это за аромат? Я подняла руку и принюхалась к рукаву. Запах был не такой, как раньше. — Цзюньчжу, взгляните на ноги, – улыбнулась Сюй-гугу. Если присмотреться, на носках с вышитыми цветами можно было различить порошок благовоний, а на подошве пудру из лепестков роз – она рассеивалась в воздухе при ходьбе, оставляя на полу едва заметные следы. — Какая замечательная идея! Я была вне себя от радости. Приподняв подол юбки, я увидела на полу слабый розовый след – в пыли словно распустился цветок. И эти цветы проворно распускались за мной, пока я шла по коридору. Сюй-гугу и служанки поспешили за мной. — Цзюньчжу, пожалуйста, помедленнее! Я сделала вид, что не услышала их, и поспешила дальше. После дождя, прошедшего минувшей ночью, в первых проблесках зари покачивались на слабом ветру ветви растущего у веранды османтуса, роняя мелкие ароматные лепестки. Свернув в восточный коридор, я столкнулась лицом к лицу со своим старшим братом – он был в простой одежде с широкими рукавами, в руках сложенная мухогонка c рукоятью из рога носорога. Он остановился и оглядел меня, вскинув длинные, вразлет брови. — Это у кого такая красивая дочь? У нас в доме есть одна дикарка, но она не так красива. Я задрала подбородок и постаралась его передразнить, также высоко вскинув брови. — Как тут оказался столь легкомысленный молодой человек? Ну и хвастун! — Ай-ай! – Он прищелкнул языком. – Ты так мило улыбаешься, когда злишься, и глаза у тебя красивые. Притворно прищурившись, отчего в его иссиня-черных глазах затерялась насмешка, он, растягивая звуки, решил подшутить: — Любимая дочь Ци-хоу [7], ныне жена нашего Вэй-хоу, брат твой в стенах Восточного дворца [8],[9]… Я схватила его мухогонку и замахнулась – лишь бы он прекратил нести эти глупости! Брат увернулся, рассмеялся, а затем с прежней насмешкой в голосе продолжил: — Вэй-хоу, Вэй-хоу, где же Вэй-хоу нашей маленькой А-У [10]? Я прикусила губу, уши и щеки полыхнули от нахлынувшего жара. — Нет никакого Вэй-хоу! – Я обошла цветущие деревья и бросила ему мухогонку. – Да и ты не из Восточного дворца! Прекрати глупости говорить! — Может, и нет, но и я недалеко от правды ушел. Разве ты не мэй [11] из Восточного дворца? А если Цзыдань… Стоило брату произнести это имя, как я тут же перебила его: — Услышит тебя отец – точно по губам получишь! Забыл, какая участь ждала мэй?! Брат застыл: он вспомнил, что красавице Чжуан Цзян, воспетой в стихах, не повезло с судьбой. Поспешно прикрыв рот рукой, он затараторил: — Виноват, виноват! Этот негодник очень уж хотел заслужить прощения. Он заулыбался, осторожно приблизился и сказал: — Вчера твой старший брат составил гороскоп. Согласно полученной триграмме, в судьбе моей А-У взыграло созвездие птицы Хунлуань [12], а это значит, что моя А-У скоро встретит порядочного мужа. Я потянулась к его ребрам – мой любимый старший брат до смерти боялся щекотки, – а он торопливо отшатнулся в сторону и во весь голос принялся возмущаться моим поведением. Служанки уже привыкли к нашему баловству – стояли в сторонке, прикрывая рты руками и тихонько смеясь. Сюй-гугу, не зная, смеяться ей или плакать, поспешно заставила меня замолчать: — Цзюньчжу, прекращайте себя так вести! Канцлер скоро вернется домой. |