Онлайн книга «Поэма о Шанъян. Том 1–2»
|
Мне не нравилась эта Вэй Цзи. Она полагалась на благосклонность наследного принца и была груба с Ваньжу-цзецзе. Я подняла брови, скользнула по ней взглядом и, улыбнувшись, сказала: — На границах полыхают пожары войны. Если Вэй-цзецзе станет генералом, ей не обязательно отправляться на границу, чтобы бить врагов. Вэй-цзецзе говорит о гуманном отношении к людям – об этом можно сказать и врагу, быть может, тогда противник отступит за тысячи ли от наших границ. Туцзюэ и мятежники покорно сложат оружие, и войны закончатся. Вэй Цзи залилась румянцем. — Значит ли это, что цзюньчжу считает убийство проявлением человеколюбия? Я перебросила сливу из одной руки в другую и строго ответила: — Пока нужны карательные походы, будут и убийства. Юйчжан-ван служит императору и народу без личной выгоды. Если он не убьет врагов, тогда те убьют наш народ. Если это не любовь к человечеству, тогда что? Если бы не было генералов, не боящихся запятнать кровью наши границы, как бы мы наслаждались миром? — Хорошо сказано. Из коридора раздался приятный, совершенно спокойный голос тети. Все встали и поклонились. Ваньжу-цзецзе тоже склонилась в низком поклоне, и тетя вошла в зал. Сев на главное, почетное, место, она окинула всех взглядом и медленно спросила: — Чем занимается жена наследного принца? Ваньжу-цзецзе покорно опустила брови [58] и ответила: — Отвечаю му-хоу [59], ваша покорная слуга разговаривает с цзюньчжу о домашних делах. Губы тети тронула улыбка, но взгляд оставался холоднее льда. — Может, расскажешь и мне какие-нибудь интересные истории? — Эр-чэнь [60] говорила с цзюньчжу о Юй… Похоже, Ваньжу-цзецзе решила все рассказать тете! Я быстро перебила ее: — Я рассказывала интересную историю об одной весенней прогулке! Тетушка, этой весной цветы за городом были особенно красивы, не как в прежние годы! С этими словами я медленно опустилась перед тетей на колени и протянула ей чайную чашку. Тетя посмотрела на меня, затем перевела взгляд на Ваньжу-цзецзе. — Разве правила Восточного дворца позволяют обсуждать придворных? — Эр-чэнь признает свою вину! Ваньжу-цзецзе страшно боялась тети. Лицо ее побелело, она склонилась в земном поклоне – следом за ней склонились и наложницы. — А-У слишком много говорит, это все вина А-У! Я тут же следом опустилась на колени. Выражая свое недовольство, тетя взмахнула рукавом. Я приподняла голову и встретилась с ней взглядом – у тети было очень странное выражение лица. Она отвернулась, чтобы не смотреть на меня. — Жена наследника престола должна вести себя достойно, следить за своими словами и делами и впредь не совершать ошибок. Тетя выглядела грозно и властно. — Встаньте. Ваньжу-цзецзе и наложницы отдали поклон и удалились. В пустом зале остались только я и тетя. — Тетя очень сердится на А-У? Я прильнула к ней и осторожно посмотрела на ее лицо. Скорее всего, сегодня она снова не сладила с его величеством: император и императрица не живут в мире и добром согласии – это уже ни для кого не секрет. Но в былые дни тетя никогда не была со мной так жестока. Она молчала и смотрела прямо на меня, отчего мне стало не по себе. — Временами мне кажется, что ты еще так мала, но ты уже выросла, и выросла настоящей красавицей. Как же мне тебя жаль. Уголки губ тети тронула улыбка – нежная, но натянутая. Она сделала комплимент, но от ее слов мне почему-то стало неспокойно. Не успела я ответить, как тетя задала вопрос: |