Книга Не с тобой. Дилогия, страница 120 – Gesiona

Он оживленно разглагольствовал о личности Александра и своем видении роли, делился воспоминаниями о тренировочном лагере в Марокко и о том, что было самым сложным в съемках, восхищался слаженной работой всей команды и сетовал шепотом на садистские замашки Ричарда. Парень кивал, время от времени сочувственно поглядывая на примостившегося неподалеку непрестанно кашляющего Джея.

— Последний вопрос, — предупредил Нолан.

— Мне не простят, если я не спрошу, — пробормотал русский. — Нолан, Джейден играет не просто полководца, а интимного друга Александра, это как-то отразилось на ваших отношениях вне съемочной площадки?

Джейден перестал кашлять. И тогда Нолан, покусывая губы, чтобы не заржать в голос, ответил:

— Ну, Джей настолько м-м-м… мил, — короткий взгляд в сторону напряженно застывшего приятеля, — что невольно заставляет сомневаться в собственной гетеросексуальности.

Глаза Джея стали величиной с блюдца. «Сволочь ирландская!» — на выдохе процедил он. Журналист понимающе усмехнулся.

— Ты совсем рехнулся? — мрачно спросил Джей спустя несколько минут, когда они остались одни. — Последние мозги пропил? Ты хоть понимаешь, какую волну сейчас поднял своими откровениями?

— Расслабься, Джей! — беспечно пожал плечами Нолан. — Парень из России, какая волна? К тому же у него хорошее чувство юмора, я думаю, он правильно меня понял.

— Еще бы! Что ж тут непонятного! — взбеленился обычно сдержанный Росс. — Ты ему прямым текстом сказал, что рассматриваешь меня, как…

— Как что? — заинтересовался Нолан.

Глядя на него своими лемурьими глазами Джейден очень экспрессивно, в самых непристойных выражениях высказал все, что думает об одном несдержанном на язык ирландце и обо всей ирландской нации в целом. Нолан даже заслушался.

— Ты полный придурок! — обреченно резюмировал Джей.

Впрочем, к концу съемочного дня к нему вернулось природное чувство юмора. Приподняв подол и без того короткого хитона и изящно выставив вперед бритую ногу, Джейден, томно закатывая глаза, вопрошал:

— Как себя чувствует твоя гетеросексуальность, Нолан?

— В полном нокауте! — хохотал тот, радостно поддерживаемый воспрявшей духом компанией.

Вечером стало плохо. Схлынула волна нервного возбуждения, благодаря которому он держался весь день, усталость заключила его в мягкие, но неодолимые объятия. Пришли сомнения. То, что казалось таким очевидным после утреннего разговора, вдруг стало зыбким, совершенно ненадежным. С чего он взял, что выбранный извилистый путь непременно приведет его к ней, позволит обелиться в ее глазах? Почему это пришло ему в голову? Какую связь углядел он между признанием своего отцовства и восстановлением отношений с Алисой? И каково это, рассматривать собственного ребенка всего лишь как средство для достижения цели? Сомнительное средство?

Стало гадко. Рука сама потянулась к бутылке с привычным допингом, откупоренной еще с утра. Отхлебнув прямо из горлышка, он ладонью вытер губы, тряхнул головой. Что может дать ребенку он, подающий надежды алкоголик с выжженной душой? Как он может взять на себя ответственность за другую, такую хрупкую жизнь, когда и со своей-то разобраться не в состоянии? Вправе ли вторгаться в маленький устоявшийся мирок, не чувствуя в этом потребности? Не чувствуя любви? И станет ли кому-нибудь от этого лучше?