Книга Забытый: ЛУКА, страница 57 – Слоан Кеннеди

— Я стараюсь больше не думать об этом слишком много, — признался я. Я закрыл глаза, позволяя сильным пальцам Луки снять напряжение, которое начало нарастать в моей голове, когда я вспомнил те дни. Подобные воспоминания поддерживали меня долгое время после того, как меня похитили. Иногда слишком долго. — Мне нужно лечь спать, — сонно сказал я, скрестив руки на груди и придвигаясь ближе к Луке, чтобы забрать себе побольше его тепла.

— Просто останься еще ненадолго, — мне показалось, что я услышала слова Луки, но не был уверен.

Все, что я знал, это то, что в одну минуту я слушал, как бьется его сердце у меня под ухом, и думал, что это значит, что я, вероятно, слишком близко прижался к нему, а в следующую минуту я уже соскальзывал в темноту, где меня не ждало ничего, кроме блаженной тишины.

Лука

Я ожидал, что к утру он уйдет.

Нет, не ушел. Просто больше не лежал у меня на груди.

Но Реми лежал почти в той же позе, в какой заснул несколькими часами ранее, как и я. Я не был уверен, что было большим чудом… то, что Реми позволил мне обнять себя, или то, что я проспал больше пары часов кряду.

Ладно, прошло всего четыре часа, но сон есть сон. Я обходился без него так долго, что четыре часа показались мне четырьмя днями.

Хотя, как бы хорошо ни было все остальное, я не был уверен, что что-то могло сравниться с ощущением легкого веса Реми на мне или с тем, как его пальцы рефлекторно сжимали мою грудь. Я все еще держал его за волосы, а другой рукой прикрывал его руку, которая была у меня как раз над сердцем. Мне хотелось увидеть его лицо в этой позе, но это было невозможно, и я не осмеливался пошевелить его, боясь разбудить. Вчера я достаточно хорошо разглядел напряжение на его лице, чтобы понять, что он так же плохо спит, как и я. Так что единственное, что я мог по-настоящему рассмотреть, это его волосы. Они были густыми и мягкими, и я даже не мог представить его безволосым и с кровавыми струпьями по всему телу. От него пахло гостиничным шампунем, и его кожа, наконец, немного порозовела, хотя он все еще был довольно бледным. Я не был уверен, был ли это просто естественный оттенок его кожи или то, что объединяло значительную часть жителей Сиэтла… солнце, похоже, совсем не радовало эту часть страны.

Но не сегодня.

Солнце только вставало, и, хотя из нашего номера открывался вид на запад, солнечные лучи создавали на небе неповторимую симфонию светлых и темных тонов. Наверное, это был бы идеальный день для того, чтобы провести его на свежем воздухе.

Идеальный день для игры в футбол со своим ребенком.

Тепло, которое я испытывал, испарилось почти мгновенно при мысли о Джио, лежащем практически в коме, в своей постели.

Он был жив, но сегодня был так же недосягаем, как и последние восемь лет.

На самом деле, даже больше.

Реми пошевелился у меня на груди, и я затаил дыхание. Я еще не был готов к тому, что он проснется. Я не хотел видеть сожаление в его глазах, когда он поймет, где оказался... и уж точно не хотел видеть ненависть или разочарование. Потому что, несмотря на то, что он знал о Джио, я не ожидал, что между нами что-то изменится. Как это могло случиться? Я все равно оставил его. Он все еще ужасно страдал из-за того, что я не сдержал данного ему обещания. Неважно, что я пытался его найти. Я опоздал, и знал, что это вполне возможно, когда решил оставить его, чтобы последовать за Джио.