Книга Забытый: ЛУКА, страница 135 – Слоан Кеннеди

— Меня! — Крикнул Лука в ответ. — Он любит, когда я добавлен его в овсянку!

Когда он вернулся к кровати, я чуть язык не проглотил при виде его возбужденного члена.

— Сующий свой нос в чужие дела засранец, — прорычал Лука, подбирая с пола свой пиджак.

Когда он поднял на меня взгляд, то замер. Вероятно, потому, что он понимал, что я полностью очарован его видом. Слава богу, он даже не попытался прикрыться.

— Нравится то, что видишь? — Спросил Лука глубоким и раскатистым голосом. Он придвинулся ближе к моей стороне кровати.

Я, наконец, заставил себя поднять глаза и увидел в его глазах веселье. Это был еще один прекрасный момент. Мысль о том, что я могу просыпаться вот так каждое утро рядом с ним, могу шутить с ним, могу прикасаться к нему, когда и как захочу.…

Я сказал себе, что просто обрекаю себя на разбитое сердце, когда думаю о таких вещах, поэтому сосредоточился на моменте.

— На самом деле, мне просто интересно, что такое овсянка, — солгал я. Мне удалось сохранить серьезное выражение лица, не сводя с него глаз.

— Все, что тебе нужно знать об овсянке, — сказал Лука, бросая пиджак обратно на пол, — это то, что ты будешь есть только мою.

Он без колебаний забрался на меня и накрыл мой рот своим. Одеяло все еще было между нами, но я раздвинул ноги, насколько мог, чтобы он мог поместиться между ними. Я обхватил его руками, и он крепко поцеловал меня. Наверное, мне следовало беспокоиться о таких вещах, как запах изо рта по утрам, но это не имело значения. К тому времени, как Лука оторвался от моих губ, я был готов отбросить одеяло, разделявшее нас. Я был так уверен, что не готов к сексу с этим мужчиной, но каждый раз, когда он прикасался ко мне, я словно мгновенно забывал, кто я и кем был раньше. Я был новым Реми, лучшей версией себя. Но я был не настолько глуп, чтобы думать, что мое тело не предаст меня, когда дело дойдет до главного. До сих пор, несмотря на все, что мы делали, я все еще контролировал себя, или, по крайней мере, у меня была иллюзия этого. Но когда дело доходило до мысли о том, как Лука наваливается, когда входит в меня, или прижимает лицом к стене, было трудно найти в этом возбуждение. Нет, я не думал, что Лука причинит мне боль, но я также не мог понять, как он может сделать так, чтобы этот акт доставил мне удовольствие.

Так что да, иногда мне казалось, что я готов, но в глубине души знал, что это не так. Я задавался вопросом, буду ли я когда-нибудь. А если не буду, смогу ли я позволить Луке получить то, что он хочет, и притвориться, что это было так же прекрасно, как и все остальные моменты с ним?

— Скажи, о чем ты думаешь, — попросил Лука.

Только когда он заговорил, я понял, что он снял с меня часть своего веса и изучает меня.

— Ни о чем, я в порядке.

— Реми... - начал он.

— Клянусь, Лука, я в порядке. — Это была не совсем ложь. В этот момент я был в порядке; я просто, как обычно, слишком много думал. Я так привык к тому, что в моей жизни с чем-то приходится бороться, что у меня выработалась привычка — готовиться к худшему.

Лука подпер голову рукой. Другой рукой он убрал волосы с моего виска. Мне определенно нравилось носить длинные волосы, даже если это было просто для того, чтобы у него был повод поиграть с ними.

— Хорошо, — ответил он. — Но мне нужно, чтобы ты кое-что понял.