Книга Последняя из Танов, страница 72 – Лорен Хо

Я его погуглила и чуть не упала со стула.

Кто-то Там Наверху потешается надо мной, и довольно жестоко.

Понедельник, 4 апреля

Сегодня у мамы день рождения. Набрала ее, подождала два гудка и трусливо повесила трубку. Решила отправить ей сообщение в вотсапе, а затем отключила уведомления в чате на случай, если ответит. Я уже в выходные отправила ей международной экспресс-доставкой в Куала-Лумпур поздравительную открытку. На ней был нарисован миленький безобидный пингвинчик с букетом. Я черными чернилами нарисовала на его груди крестик и написала: «С днем рождения, мама! Иисус любит тебя!» крупными буквами на идеальном расстоянии друг от друга. В этот раз она не найдет, к чему придраться на открытке. Надеюсь.

Вторник, 5 апреля

7:15. Вот что пришло от мамы:

Я знаю, что Иисус меня любит, а любишь ли ты? Ты знаешь, какой подарок я хочу на день рождения *смайлик в свадебном платье* *смайлик-парочка* *смайлик семьи из трех человек*

Ну, смайлики она отлично освоила.

Вдогонку она еще отправила:

Удачи на свидании в эту пятницу. Помни, что Господь смотрит на тебя.

Надо отдать должное – у нее каждый раз получается меня разозлить. И она знает все обо всем.

13:15. Позвонила Линде, вернувшейся с Каймановых островов, и поделилась новостью о том, что мама заставила меня принять приглашение на свидание вслепую.

— Как его зовут? Сколько лет? Чем занимается? – выпалила Линда, сразу переходя в режим гугл-ищейки.

— Чак Тан Ка Сен. Сорок семь лет. Врач.

— О боже.

— Я знаю.

— И он выбрал?..

— Да. Я более чем уверена, что он сам выбрал имя Чак. Причем в честь Чака Норриса, а не Чака Басса.

Я услышала, как она лихорадочно молотит по клавиатуре, а потом охает. Я точно знала, что именно она обнаружила, потому что у меня была такая же реакция.

— Все будет хорошо, – сказала Линда, с трудом сдерживая смех.

— Будет ли? А? Как я вообще буду на него смотреть с серьезным лицом?

— Прими таблетки, – сразу же предложила она.

— Спасибо, но я приберегаю успокоительные до приезда мамы.

— Кстати об именах – хотела бы я вернуться в Гонконг, – сказала Линда. – Там к этому хотя бы подходят творчески. Я готова отдать почку, чтобы снова встретить какого-нибудь Пегаса или Аристотеля. Или хоть старого доброго Красавчика. «Красавчика» я могу понять. Это демонстрирует некую уверенность, стабильность бытия. – Послышалось, как Линда хлюпает каким-то напитком через трубочку. – Завидую я тебе, Андреа. Правда. Все эти свидания вслепую и дедлайны для размножения – звучит очень весело.

— Заткнись, – отозвалась я. Линде повезло: ее родители, занимающиеся лесным и горнодобывающим бизнесом, в основном сосредотачивались на организации «случайных» расчисток земель, а не на свиданиях. Но в любом случае на нее не оказывали такого давления насчет внуков, да и вообще, честно говоря, на нее никогда не давили. Хоть она и была единственным ребенком в семье, у ее отца имелись, как она говорила, «запасные дети». И даже несколько. Более того, с учетом темпов роста его богатства не стоял вопрос поиска обеспеченного жениха ради помощи семье. Если Линда и выйдет когда-то замуж, она, вероятнее всего, сделает это по правильной причине – из страха умереть в одиночестве.

Среда, 6 апреля

10:15. О-о! Цветы! Утром в офис доставили огромный букет сногсшибательных пионов насыщенного фиолетово-бордового оттенка, и они не для Кай, а для меня!