Книга Жена хозяина трущоб, страница 102 – Лика Семенова

Я пыталась спрятать глаза — он увидит, что я вру. Я очень хотела пойти в ресторан, но понимала, что не должна этого делать. Я просто прислуга, которая живет здесь из милости. Прислуга… Да даже и не прислуга! Я не должна ужинать с мужчиной, который вот-вот женится на другой. Под каким бы предлогом он не приглашал.

Я выдохнула:

— Простите, сэр, я не очень хорошо себя чувствую. Позвольте мне пойти к себе.

Я не стала дожидаться ответа. Развернулась, намереваясь банально сбежать. Но, тут же, услышала в спину:

— Софи, остановись.

Ее ложь всегда было просто прочесть. Можно ошибиться лишь в том, чем именно она вызвана. Сейчас от Софи буквально разило неумелым полудетским враньем.

Она остановилась, медленно повернулась. Молчала, прятала глаза.

— Что-то случилось, Софи?

Она покачала головой:

— Ничего, сэр. Все в порядке.

— Тогда почему ты такая странная?

— Вам показалось, сэр… Можно, я вернусь к себе?

— Нет. Пока не скажешь, что произошло.

Она снова молчала.

Что ж… Я редко играл в такие игры, даже в детстве. Но иногда поддавался соблазну. Больше из-за Найджела. Это он был поклонником мистификаций. Всяких знаков и предзнаменований. Но эти глупости иногда помогали сделать выбор. Сегодня я загадал на чертов ресторан… Вероятно, не стоит ничего говорить сейчас, раз она так категорично отказывается… Значит, не время.

С тех пор, как я расстался сегодня с Эдгаром Кромбэ, никак не мог понять, как лучше поступить. Рассказать Софи все, что узнал, или не добавлять ей новых переживании, пока сам до конца не разобрался во всем? Как она воспримет такую правду? Это станет для нее шоком. Софи совершенно не сомневалась в своем происхождении. Генетический сбой…

Мои предположения оказались верными — разумеется, в ее крови не обнаружилось «маркера диких территорий». И родилась она, совершенно точно, по эту сторону Разлома. Теперь я знал даже дату. И настоящее имя.

София-Аурелия Нотьер.

Дочь Иоланты Нотьер. Отец в карточке Софи не был указан. Как и прочие родственники. Больничный архив содержал лишь биологические данные — за всем остальным милости просим в полицию… А Росси уже пора бы платить отдельный оклад. И премию. Теперь первое, что нужно было сделать — найти ее мать и прояснить, что это вообще за история. Как Софи оказалась в трущобах? Лишь бы не вылезла какая-нибудь дрянь. И только потом заявлять о ее появлении. Но, чем быстрее — тем лучше. Она должна получить гарантии. Тогда сможет дышать спокойно.

Но почему сейчас она вела себя так странно?

Я вновь посмотрел на нее. Софи все так же молчала.

— Так не скажешь, что случилось?

Покачала головой:

— Ничего, сэр. Я не очень хорошо себя чувствую.

Я шумно выдохнул:

— Ну, ложь, ведь.

Она буквально на глазах краснела. Теребила чертов фартук. И снова молчала…

— Ну? До утра я никуда не тороплюсь. К себе пойдешь, когда дашь ответ. Думаю, я имею право знать причину.

Софи какое-то время колебалась, и вся эта борьба тут же отражалась на ее лице. Наконец, она выпустила из рук мятый фартук, подняла голову. Выпрямилась, будто собралась воевать.

— Это все неправильно, сэр. Вы водите простую горничную в ресторан… Это… — она покачала головой, — неправильно. Я знаю свое место.

Я сам не понял, почему ее слова так взбесили. Словно внутри что-то лопнуло с оглушительным свистом.