Книга Замужем за немцем, страница 47 – Света Беккум

Но дома меня ждал Ваня и очередные великие бумажные дела – аномальные сложности процедуры под названием «Воссоединение семьи».

Я и не подозревала, какое это непростое дело – уехать на ПМЖ.

К тому моменту я уже довольно бойко научилась заполнять всевозможные анкеты и формуляры.

Про нас хотели знать всё. Свидетельства о рождении, паспорта, справки с работы, в том числе о зарплате, наличие жилья, смены фамилии и данные бывших супругов, политическую деятельность, правонарушения, есть ли родственники за границей, профессия, хронические болезни…

И конечно же, всегда свежайшие цветные биометрические фотографии.

— Главное, – предупреждал меня Леопольд, – не врать, как бы ни хотелось приукрасить свою историю. Иначе, если тебя выведут на чистую воду, ты попадаешь в чёрный список неблагонадёжных, и – прощай, Европа!

Основную проблему представлял вопрос, как вывезти на ПМЖ Ивана. Подсказать мне было некому. И я штудировала сайт немецкого консульства.

«Выезд несовершеннолетних детей с одним из родителей в рамках воссоединения семьи юридически обоснован только в том случае, если этот родитель обладает единоличными родительскими правами».

Я призадумалась. Проблема была в том, что никакими «единоличными родительскими правами» я не обладала и даже не знала, что это такое и где их берут.

Плавая по просторам интернета, я вышла на юридический сайт. И тут я опять столкнулась с ситуацией, когда юриспруденция бессильна.

— Девушка, ну откуда вы взяли такое понятие – «единоличное родительское право»? – отвечал мне юрист в роговых очках и с окладистой чёрной бородой. – Что за ерунда приходит в голову мамашам? Такого понятия, а тем более документа не существует!

Ну конечно. Отец ребёнка был жив и здоров и даже вполне себе упитан. И обладал всеми правами наравне со мной.

Стоп! Кажется, я близка к истине… Начинаем рассуждать логически.

Вероятно, чтобы подтвердить «единоличное родительское право», мне нужно предоставить германским властям один из двух документов: либо решение суда о лишении отца ребёнка родительских прав, либо свидетельство о его смерти!

Начать я решила с менее кровопролитного варианта и позвонила Вадиму.

Сухо поздравив меня с бракосочетанием, он деловито поинтересовался, как у нас с Иваном обстоят дела по поводу отъезда за границу.

— Вадик, нужна твоя помощь! Они не впустят ребёнка, если не лишить тебя родительских прав! Или нам нужно свидетельство о твоей смерти – но это дело, сам понимаешь, в Божьих руках.

Жить Вадим собирался долго и счастливо, поэтому, подумав, он нехотя предпочёл первый вариант:

— Знаешь, мать, вообще-то, в мои планы не входило родительских прав лишаться. Иван всё же мой сын, и, что бы ты там ни думала, я его люблю (Ах вот как! Что же ты его бросил-то? А чужого воспитываешь…)

— Я знаю, Вадик.

— Но я подпишу в его же интересах всё, что нужно. Пусть хоть он поживёт как человек. Мы тут, сама знаешь, какими ложками хлебаем. (Ох, хлебаем, миленький! Ещё как хлебаем…)

— Спасибо, Вадик.

С этими его словами я и направилась в адвокатскую контору, ближайшую к дому и, по слухам, не очень дорогую.

Адвокатское бюро «Блинова и Ко» располагалось на первом этаже облупленной пятиэтажки, по лестнице налево. Несмотря на тёплую погоду, там было прохладно и пахло сыростью.