Книга Мой ирландец, страница 4 – Синтия Либэ

Утром фермер пришел за мной как обычно до восхода солнца. Мужчина выглядел бледнее молока. Я пыталась завести разговор, но все тщетно. Фермер лишь монотонно выполнял работу и следил за моими движениями. Овцы доставляли мне истинное наслаждение. Уход за ними хоть и невыносимо изнурительный, однако усталость моментально испаряется после того, как прижмешь к себе какую-нибудь самую добродушную и отзывчивую представительницу стада. Хозяин фермы предупредил меня, что сегодня явится стригаль, и наказал мне встретить его после обеденной трапезы. Я дождаться не могла увидеть собственными глазами процесс стрижки овец. Эти огромные белые облака вызывали во мне чувство умиления. В компании овец все мои страхи и переживания заглушались. Что плохого может произойти в мире, где есть столь прекрасные создания, созидающие гармонию в душе. В мои размышления ворвался голос дочери фермера. Рыжеволосая красавица пребывала в приподнятом настроении в отличие от ее отца. Она позвала меня отойти в сторонку и поговорить. Я с удовольствием выслушала ее чистосердечное признание о влюбленности в парня с соседней фермы. Девушка так сияла от счастья, вспоминая их короткие встречи в тайне от родителей. Сегодня она собиралась встретиться с возлюбленным. Беглянка попросила меня отвлечь отца и мать ближе к вечеру. Я согласилась, ведь зарождение настоящей любви — это всегда нежно и трепетно. Во время обеда юная преступница так волновалась будто совершила убийство, но я подыгрывала ей. Из нас получились вполне себе сносные пособники. Никто ничего не заподозрил. После обеда стригаль обучал меня своему нелегкому ремеслу. Шерсти состригалось такое количество, что трудно представить как эти тонкие ножки могут носить столь увесистые шубы. Мужчина остался доволен моей помощью, хотя толку от меня было мало. Времени стрижка заняла аж до вечера, и я почти забыла о договоренности с дочерью фермера. Девушка нашла меня и уточнила, что она уже уходит, но вернется очень скоро. Я еще раз пообещала ей сделать все, что в моих силах. Темнота окутала дом, но влюбленной девочки не было видно. Я начала переживать после того, как вспомнила рыдания незнакомки в ночи. А вдруг с дочерью фермера случится то же, что и с тобой бедолагой. К моему счастью беглянка вернулась целая и невредимая. Я высказала ей свое недовольство по поводу того, что возвратиться она обещала быстро, а задержалась допоздна. Девушка обещала больше не подводить меня и отправилась спать, окрыленная свиданием. Я тоже легла в кровать и старательно пыталась уснуть. Когда в окне проскользнула тень, я подумала, что это ветер, но, вспомнив, как начинался ночной плач, я остолбенела от ужаса. Если еще в первый раз я успокоила себя мыслями о несчастном случае, произошедшем с незнакомкой, то вряд ли получится убедить себя в этом второй раз. Шорохи становились все громче, но никаких рыданий не доносилось. Я не закрывала глаза, боясь пропустить что-то пугающее. Прятаться было негде. Дом был единственным местом, которое могло хоть на время скрыть своих жильцов. В окно заглянуло лицо, и мое сердце замерло. Я перестала дышать, но неожиданно в окно постучали, и я не сдержала крик. Кто-то шепотом вдруг велел мне успокоиться и не шуметь.

Это был мужской голос, который все повторял мне не кричать. В то время как я собиралась бежать из комнаты моя дверь потихоньку сама начала открываться. Я уже не чувствовала ног. Испуг поработил меня окончательно. В моей комнате кто-то был. Я это знала точно и сомнений быть не могло. Пока я пребывала в предсмертном состоянии, чья-то рука коснулась меня в темноте. Я закричала, что было сил, но тайный гость прикрыл мне рот куском одеяла. Через несколько мгновений я услышала голос дочери хозяина дома. Она обнимала меня и просила не кричать. Девушка рассказала, что за окном находится ее возлюбленный. Им не хотелось расставаться, и он предложил дождаться ночи, чтобы проникнуть в дом и побыть вместе. Так как родительская комната находится у входной двери они выбрали мою. Я сильно отругала молодую пару, однако ради любви можно простить многое. Утром парня и след простыл, а я держала рот на замке.