Книга Последователи, страница 109 – Иса Белль

Я зависла на неопределенное количество времени, прокручивая в голове слова Амелии. Внутри меня всегда боролись два противоречивых желания: оттолкнуть и принять. И я знала, как это, когда сердце сжимается от боли и гнева одновременно.

По всему видимому, она тоже.

— Ты мне нравишься, – поняла я. – Думаю, даже буду звонить тебе после возвращения в Калифорнию.

— Не получится. Я не пользуюсь телефоном.

— Отстой… Так ты никогда не найдешь себе друзей.

— И не надо. Мне хватает семьи. Сантьяго всегда рядом, а эти… – думаю, Амелия хотела как-то обозвать три пары, которые уже оставили нас, однако в последний момент передумала, – прилетают сюда так часто, что я не успеваю по ним соскучиться.

Я подавила смешок.

Удивительно, что они приняли решение жить здесь, ведь у Нери и Де Сантис были собственные территории в Калабрии. Но, помнится, и раньше Глава Ндрангеты довольно часто собиралась в этом доме. Думаю, дядя Мартин хотел, чтобы Сантьяго помнил о своей большой семье, несмотря на расстояние.

— Могу я спросить кое о чём?

— Если ты решила, что я отлично разбираюсь в том, как переступить через себя и довериться вновь, то ты ошиблась. Мне просто повезло с… Сантьяго. Если бы не он, мы бы развелись уже на следующий день после свадьбы. Его упёртость спасла меня.

Мой телефон завибрировал на столе. Упёртость Дэниела скорее погубит меня.

— Нет, я не об этом. – Мой взгляд опустил к малышке, спящей на груди матери. – Думаешь, я справлюсь?

— С материнством? – переспросила Амелия.

Я кивнула.

— Разве то, что я сомневаюсь, не значит, что я не готова? Меня пугает мысль о… обо всём. Это кажется таким трудным.

— Талия, – она тяжело вздохнула, – покажи мне женщину, которая не боится этого? Не дать своему ребёнку всё самое лучшее. Подвести его своей неопытностью. Наделать неисправимых ошибок. То, что ты сомневаешься, значит, что ты боишься разочаровать его. Это ли не показатель?

— Не знаю, – честно ответила я.

— Послушай, я начала свой путь не так давно, но чувство вины не покидает меня с недавнего времени, когда я не могла успокоить её на протяжении часа, а Сантьяго потребовалось всего лишь взять её на руки, чтобы она заснула. У меня не хватает молока, чтобы накормить её, из-за чего я злюсь на себя каждый раз, когда мне приходится готовить смесь. А ещё я расплакалась, когда пришло время купать её в первый раз. В итоге Сантьяго отправил меня в спальню и сделал всё сам.

По выражению её лица было видно, что она переживала неудачи глубоко внутри себя.

Словно почувствовав состояние Амелии, Сиа открыла глаза, зазевала и стала облизывать губы, наверное, прося грудь, поэтому девушка тут же встала, чтобы уединиться и покормить малышку.

— Она вырастет и даже не будет помнить этого. Поэтому говорят, что стоит зацикливаться на вещах, которые в будущем понесут ущерб ребёнку, а не родителю.

— Такие как?

— Защита.

Во мне просыпалось что-то непонятное, когда я только начинала задумываться о боли и несправедливости, с которыми рано или поздно сталкивается каждый человек. Мой малыш не станет исключением, и это уничтожало меня изнутри.

— Я не убийца, но если кто-то обидит её, – Амелия опустила взгляд на дочь и улыбнулась, хотя то, что она сказала далее, было совсем не мило, – я заживо расчленю ублюдка и скормлю его свиньям на ферме, на которой выросла.