Книга Молоко и мёд, страница 63 – Артем Рудик

— Это твой выбор. – хмыкнула Хамсин, – Также у меня тут есть много видов оружия...

— От него я тоже откажусь, – Памперо выглядела так, будто бы у неё уже есть какой-то план.

— На моей Родине, Фаэтоне, самки с рождения сражались за власть голыми руками. Если ты могла размозжичь череп сопернице одним ударом и не раз показывала это на выскочках, то тебе доставался и лучший кусок, и главное место за столом, и власть, и самцы-рабы. Власть всегда строилась на том, что ты можешь сделать руками с костями врагов... Так что мне даже нравится, что мы будем драться на кулаках. Это то, как женщины и должны решать вопросы! – она сплюнула в сторону Феликса, – А теперь ты умрёшь, коза драная.

С этими словами воительница бросилась в сторону Памперо, а Феликс взял меня на прицел, чтобы я не могла вмешаться. Между соперницами было метров тридцать, но при своих габаритах, Хамсин была невероятно быстра. Правда, козочка оказалась куда быстрее. Она изящно и элегантно отпрыгнула от сокрушительного удара, пронёсшегося всего в паре метров от неё. Затем от следующего, потом от ещё одного.

Тогда я приметила, что в её ушах наушники от закреплённого на поясе кассетника. Наверное, в ушах у неё играет боевая музыка, в ритм которой она перемещается по большой площади роскошного зала.

Козочка двигалась плавно, будто бы парила по полю бою, играюче уклоняясь от агрессивных и самоуверенных выпадов Хамсин. Конечно, вряд ли она рассчитывала измотать гиену, та была выносливее любой лошади. Но тогда что именно она планировала?

С таким монстром как Хамсин грубой силой не совладать. Двигаясь быстро и совершая рывки с помощью своих огромных крыльев, она с лёгкостью разламывала громоздкие игорные столы и швыряла в свою соперницу попадавшуюся под руку мебель. Впрочем, и от этого Памперо уклонялась.

Она двигалась практически в потоке, казалось бы, чисто интуитивно чувствуя происходящее в бою. Вот Хамсин, уже явно раздражённая тем, что соперница убегает от неё и не даёт по себе попасть, делает рискованный и решительный выпад со скоростью паровоза налетая на козочку. Размашистый удар, патагонка ловко проскальзывает под стальным кулаком и, наконец, мимолётом касается брони соперницы.

Хамсин на секунду недвижимо замирает, давая козочке отскочить подальше. А затем, внезапно, бьёт сама себя кулаком. От такого удара она падает. Но этого, очевидно, мало, чтобы уложить такого воина. Пока непослушные руки пытаются ударить гиену по лицу, она активирует экстренное раскрытие брони и резко вылезает из собственного же костюма. Древний доспех тут же встаёт и принимает боевую стойку.

— Твой боевой скафандр и правда технически совершенен. – сказала Памперо, стряхивая пыль, – Но это всего лишь механизм. А значит, тебе он больше не принадлежит.

Смахнув кровь с рассечённой губы, Хамсин злобно произнесла:

— Да я от тебя только ножки, да рожки оставлю, сучка!

Она рванула сначала к собственной ожившей броне увернулась от стального хука. Быстро схватила непокорный костюм одну лапу заведя под колени брони, а второй надавив на нагрудник, она резко и жёстко сломала хребет собственного экзоскелета об колено, так что тот, дёргаясь, упал.

Затем гиена с воем рванула в сторону козочки, слегка подлетев на крыльях. Без брони прыти у неё стало больше, так что от этого рывка даже Памперо не смогла уклониться и оказалась повалена огромной воительницей на пол. Та, без лишних раздумий обнажила клыки и уже собиралась было впиться в горло обездвиженной и придавленной козы. Но тут снова дала о себе знать броня, схватив гиену сзади за голову одной рукой, а другой нанеся три быстрых удара в бок.