Книга Тихий лес, страница 47 – Артем Рудик

— Поймите, ваш ребёнок обладает незаурядным талантом, который мог бы пригодиться нашей компании. Мы обеспечим ему прекрасное будущее в дали от местной разрухи. Как я уже говорил, вероятнее всего вы его уже никогда не увидите. Однако, будьте уверены, что он делает благое дело для всего нашего народа. А что хорошо нам, то хорошо и вам.

— Он никуда не поедет! — сказал отец, — Его место здесь, с его семьей. Его задача: восстанавливать мёртвый мир вместе с нами.

Тут в разговор вмешалась мачеха:

— Давай отпустим его. Он здесь лишний. Кроме того, он опасен для других наших детей, потому что он вышел весь в свою мать.

— В тебе говорит лишь ревность. — сказал марионетка-отец.

— Во мне говорит здравый смысл, а вот в тебе только былые чувства к его матери. Ты только поэтому не хочешь отпускать его. Хочешь, чтобы в твоей жизни хоть что-то напоминало о прошлом, что было ещё до того, как случился Апокалипсис. Но былого уже не вернуть, а в настоящем ты же не отправляешь его на смерть. Просто изолируешь его от нас всех. Или ты забыл, как он недавно раскроил лицо нашему общему сыну? Он же и без того постоянно дерётся с нашими детьми!

— У него просто возраст такой. Буйный. Кроме того, конфликтов тут и не избежать, ведь он сильно отличается от своих сверстников. Потому что он просто другой. Он скорее…

— … весь в свою мать. А если он вдруг будет болен теми же идеями, что и она? Ты же не забыл, кто именно устроил Апокалипсис?

— Хватит. Я не хочу это обсуждать. Тем более, что она уже мертва. А о мёртвых либо хорошо, либо ничего. Лучше ты, сынок, скажи что ты на самом деле хочешь. Не стоит отмалчиваться, когда тут решается твоя судьба. Давай, скажи, что ты хочешь остаться дома и мы именно так и решим.

Наконец заговорил сын:

— А разве меня будут слушать? Моё мнение, вроде, до сего дня никогда не учитывалось. Иногда приходилось навязывать его этим болванам с помощью силы. Но раз уж, наконец, у меня решили поинтересоваться, то я выскажусь. Я за то, чтобы свалить с этой засушливой помойки. Я не против того, чтобы жить в семье, но я решительно не могу переносить ваших высвинков и уж тем более её. — он указал на мачеху, — Мне душно и, учитывая, что больше никого во всём мире не осталось. Возможность надышаться появиться у меня только в других мирах. А отправиться в них у меня другого шанса может и не быть. Так что я согласен на это предложение! — сказал он и пожал руку Пришлому.

— Ну если это твоё окончательное решение, то мне нечего возразить. Если ты и правда так похож на мать, то пойдёшь за ним до самого конца. — сказал отец.

С его словами все манекены исчезли, и сцена закончилась. За ней, сразу же началась новая, но марионетки уже были совсем другие. Их всего было около десятка и все, кроме двух, изображали активную работу за столами, которых не было. Да и стулья не были, поэтому "актёры" из моего воспоминания просто сидели на воздухе и активно водили руками по невидимым столешницам. Двое же тех, кто не "работал", а просто стоял рядом, в отличие от прочих имели имена вместо лиц: первым был всё тот же "сын", а второй именовался "главный". Сначала заговорил именно второй, подводя своего собеседника к невидимому столу:

— Мы определили тебя, как младшего сотрудника и твоё новое рабочее место будет здесь, в отделе пространственных исследований! У нас тут как раз новый проект открылся, которому не помешал бы свежий, молодой взгляд.