Книга Тихий лес, страница 31 – Артем Рудик

Это хорошо перекликается с теорией о том, что эта аномалия — коллективное бессознательное целой цивилизации. Их переживания и страхи были настолько сильны, что обрели форму целого измерения. Она является родиной ужаса, сводящей с ума всех, кого касается своими ветвями.

Доктор думает, что именно из-за этого мы бесконечно теряли агентов в пучинах рощи. Мы просто пытались защитить их не от того, отчего действительно следовало обороняться. Мы одевали защитные костюмы, отправляли транспорт, использовали тросы, посылали роботов и ещё много чего использовали, полагая что аномалия несёт именно физическую угрозу жизни людей. Но теперь было решено применить иную тактику: мы решили подготовиться психологически.

Тут важно было не просто отобрать крайне устойчивых людей: ветеранов ФАР, видевших немало паранормальной жути за свою жизнь, вроде меня и моих товарищей. Скорее всего, Догма хотела дать нам своего рода путеводную звезду или маяк, что будет вести нас через "тёмный лес" вселенского подсознательного. А потому вручила нам небольшие особые медальоны в виде анатомически верного сердца, помещённого внутрь лучистого солнца. Она считала, что "ДАНКО" (Динамический Алгоритм Нейронной Концентрации серии 0) поможет нам в самой критической ситуации. Однако, я не слишком верю, что какая-то побрякушка может помочь нам в изучении леса.

Впрочем, когда я оказался на мягком одеяле холодного мха, то думал уже несколько иначе. Поднимаясь на ноги и осматривая хтонический лесной пейзаж, раскинувшийся во все стороны, я уже вполне был готов поверить в теорию о том, что Тихий лес — отражение коллективного ужаса целой цивилизации. И мне бы очень хотелось, чтобы это была именно наше бессознательное. Ибо встречаться с тем, чего так или иначе бояться все люди, гораздо проще, чем узреть что-то выходящее за рамки понимая. Просто потому, что с человеческими страхами, будет гораздо меньше неожиданности.

Двое из трёх моих напарников, лежали неподалёку от меня. Мы только совершили переход в это аномальное пространство и было чудом то, что мы это пережили. Нас не разорвало, не испарило и не раздавило. Кроме того, мы оказались при всём снаряжении и недалеко друг от друга. Я не видел только агента Шафура, что должен был последним пересечь границу зоны действия аномалии. Но мне хотелось верить, что его просто закинуло чуть дальше чем нас.

Сначала я помог подняться Шире, что очнулась раньше Гора. А потом, мы вдвоём растолкали последнего нашего товарища, что выглядел несколько потерянно и даже немного напугано. Первым вопросом, который он задал, был:

— Где я?

— На задании, Гор. — сказал я.

— На… "задании"? Каком "задании"? — он всё ещё, казалось, не мог понять что происходит.

— Шира, у тебя тоже проблемы с памятью? — спросил я, обращаясь к девушке.

Та покачала головой и заключила:

— Возможно, его знатно приложило после перехода. Или… — она бесцеремонно расстегнула две верхние пуговицы его куртки и обнажила пустующую грудь, — …причина в том, что он потерял "ДАНКО".

— Думаешь, нам стоит его поискать? — спросил я.

— Нет-нет, я в порядке, правда… — сказал Гор, глядя куда-то мимо нас, — Ничего не нужно. Пусть у меня в голове сейчас гуляет ветер, я быстро оклемаюсь. Наверное воспоминания вернуться, как только шёпот прекратиться.