Книга Апокалипсис 1920, страница 37 – Артем Рудик, Вика Вокс

Постучавшись в небольшую деревянную дверку, ведущую в подвал, я практически сразу же оказался перед массивным вышибалой, скрестившим руки на груди. Он едва помещался в небольшой проём, отчего выглядел ещё более грозно.

— Я пришёл за зубами. – произнёс я абсолютно без страха.

Громила молча посторонился, пропустив меня в полутёмную коморку, от которой отходило сразу три узких и запутанных туннеля. Как только дверь за мной закрылась, грубые руки тут же прощупали все мои скромные одежды на наличие спрятанного оружия. Не обнаружив припрятанного ствола, потому что я, не будь дураком, не взял его с собой, охранник наконец указал мне на крайне правый проход.

Я тут же отправился туда. Идти по узкому коридору было не слишком легко, особенно учитывая, что потолок то и дело был столь низок, что казалось вот-вот пришлось бы лезть на карачках. Я пробирался мимо переплетений труб и маленьких комнаток, в некоторых из которых играли в карты, а в других курили что-то, что Маркс, наверное, тоже сравнил бы с религией.

Наконец, тоннель вывел меня в полностью пустую комнату, где меня ждал мой будущий начальник. Волк испытующе смотрел на меня несколько минут, не произнося ни слова. Я молчал и смотрел на него в ответ.

— Не хочешь спросить, как будет проходить посвящение? – внезапно первым заговорил он.

— Нет, мне всё равно.

— Правда? Другие работники именно этому этапу и придают больше всего значения. Они страшно бояться, что дам какое-то страшное задание или заставлю делать что-то противное.

— Так ваш "Синдикат" – своего рода студенческая корпорация?

— Откуда ты знаешь, как называется моя организация?

— Мария рассказала.

— Ну да, вы же друзья. И это не играет тебе на пользу. Я её не очень-то и терплю. Тем не менее, ты не выглядишь, как коммунист или народник. Да и не стал бы член великого дома Романовых вступать в организации краснопёрых неотёсанных бандитов, каковой является твоя подруга. К слову, о друзьях, у кого ты сейчас живёшь?

— Это важно?

— Не слишком. Потому что теперь ты будешь жить в моём заведении, как и все остальные работники. Да и человек, который за вами вчера проследил, не сказал о вас обоих ничего компрометирующего. Уж извини, что не доверяю так просто, но поверь, это всё необходимые меры.

— Ладно. Я, конечно, пока ещё ничего не понимаю, но раз уж вы обещали хорошо заплатить за моё творчество...

— Но-но-но! – он покачал пальцем, – Не за творчество. А за то, что оно выступит фоном в моём заведении. В любом приличном заведении есть развлекательная программа. Вот ты и будешь выходить между музыкантами и танцовщицами канкана, чтобы внести разнообразие на сцену. Личико у тебя миленькое, чаевых быстро соберёшь. Просто не хочу, чтобы ты думал, что там кому-то будет дело до твоей писанины или чувств. Да и я не меценат. Будешь приносить пользу, пока в зале крутиться много всякой нелегальной деятельности, будешь и зарабатывать хорошо. А теперь на, возьми. – он передал мне в руку небольшую белую побрякушку.

Присмотревшись, я увидел, что это был зуб с выгравированной на нём руной "Феху". Что означала эта руна, я не знал. Мой начальник, видимо, почуял моё замешательство и сказал:

— Это самое важное в посвящении в наше общество. Моя способность и гарант того, что ты никому и никогда не расскажешь о том, где и на кого работаешь. Единожды взяв мой зуб в руки, ты теперь навсегда у меня под колпаком. Я и с другого конца земли буду знать где ты и о чём прямо сейчас говоришь. Хоть выбрасывай его, хоть ломай, я всё равно узнаю где ты.