Книга Староград, страница 19 – Артем Рудик

— Проверку деятельности реакционных элементов проводим, ваша квартира?

— Моя.

— Тогда открывайте, мы должны всё осмотреть.

Зная, что сопротивление бесполезно, я послушно открыла дверь и вперёд них вошла в квартиру, чтобы увести детей подальше от солдат, но их всё ещё не было дома, какое облегчение... У меня всего два ребёнка: Егор, младший сын, и... его старшая сестра Гроши. Разница между ними всего пару лет, но со времени оккупации нашей страны они оба очень сильно поменялись... Я даже догадывалась, почему именно солдаты к нам нагрянули, однако всё равно решила спросить у одного из проверяющих, когда он уже начал ломать и переворачивать ту скудную мебель, что у нас осталась:

— Могу я узнать, почему вы нагрянули именно к нам?

— Вы подозреваетесь в укрытии оппозиционера и врага Ордена, а именно Йозефа Туля, он ведь ваш муж, верно?

— Йозеф погиб ещё два года назад, под Пшемицей, не знаю, кто вам и что наговорил...

— Как это погиб? Нам поступило заявление из местного образовательного центра, что он ведёт подпольную деятельность и, скорее всего, скрывается у вас, своих родственников.

— Это мой сын, понимаете, Егорка, он очень скучает по папе да небылицы всякие про него выдумывает, он исправится, я обещаю, что обязательно с ним поговорю на эту тему... Просто сын всё ещё не смирился с утратой, и я не могу так просто разрушить его и без того хрупкий внутренний мир.

— Что же... — Солдат повернулся в сторону своего товарища и спросил, — Антох, нашёл что-нибудь?

Тот, ещё раз переворошив обломки последней тумбочки, что у нас оставалась, ответил:

— Нет, тут рухлядь одна, правда, внимания не стоит, да и поживиться нечем.

Вновь обратившись ко мне, мужчина сказал:

— Ладно, правда, просим прощения за беспокойство, сами понимаете, какая ситуация сейчас... В общем, по-хорошему-то, мы должны были бы, в лучшем случае, расстрелять вашего Игоря, или как там его, за дезинформацию, но раз уж вы говорите, что поговорите с ним, то мы уж вас отпустим. Но не просто так: отдайте нам за ложный вызов свои съестные карточки, ну какие есть, и мы, так уж и быть, забудем об этом недоразумении. Верно, Антоха?

— Ещё как забудем!

Всё так же, стараясь не показать страха или смятения перед вооружёнными людьми, я быстро вытащила из холщовой сумки три помятые карточки и протянула вояке, сказав:

— Тут на конское молоко, хлеб и капусту, немного, но это всё, что осталось у нас до следующей раздачи.

Довольно ухмыльнувшись, проверяющий дал знак рукой своему напарнику, и они удалились из моей квартиры. Я плотно закрыла дверь за ними и вышла в кухню, которая меньше всего пострадала от очередного налёта проверки, достала из слегка подгнившего от слякоти шкафчика маленький фотоснимок, последний, который остался от Йозефа, и, сев на пол, сказала те слова, которые я обыденно говорила подобными вечерами:

— Помнишь, что ты обещал мне, когда уходил? Что будешь сражаться за нас за всех и за свою Родину до последней капельки крови. Я же в ответ обещала, что сохраню родной дом, чего бы это мне ни стоило. Ты выполнил своё обещание и погиб, пытаясь нас защитить. Жаль, что ты не видишь, как я выполняю своё, думаю, ты бы мной гордился, ибо я стараюсь изо всех сил...

По щекам прокатился ряд солёных и горьких слёз, крупными каплями падая на худой деревянный пол. Слякоть сменялась на холод. Зима наступала со дня на день. Только бы пережить её...