Книга Любовь и пряный латте, страница 21 – Мисти Уилсон

— Спасибо. Еще раз, – шепчет он с игривой улыбкой. Потом смотрит на листок и подносит его к носу. – Он с запахом?

Вообще-то да.

— Тихо ты.

— Где ты взяла такую тетрадку? Мне тоже надо.

— Даже не сомневаюсь, – так же шепотом отвечаю я.

Он смеется.

— Кстати, я Джейк.

Мистер Бек резко оборачивается на нас. Я не обращаю на Джейка внимания, но боковым зрением вижу, что он смотрит перед собой, откидывается на спинку стула и полностью сосредотачивается на презентации. Или делает вид.

Я уверена, что он хочет написать записку на моем листочке.

Остаток урока проходит быстро, следом за ним – еще два ничем не примечательных занятия, и вот я иду на алгебру, расправив плечи и стараясь излучать уверенность, которой на самом деле не испытываю, – это папин секрет успеха.

— Никогда не показывай окружающим свои слабости, – часто повторяет он. – Успех всегда зависит от того, как тебя воспринимают. Так что улыбайся и вживайся в роль, пока она не станет частью твоей натуры.

Я так поглощена мыслями, сесть ли мне опять на галерке или перестать уже прятаться и занять место впереди, что не сразу замечаю Купера на втором ряду. На нем простая серая футболка, джинсы с отворотами и коричневые замшевые ботинки. Ученики постепенно заполняют класс, так что мне приходится пройти дальше, и ноги сами несут меня к пустующей парте рядом с Купером.

Прежде чем отвести взгляд, он успевает посмотреть мне в глаза и оценить мой наряд.

— Эллис.

— Купер. – Я открываю сумку и вытаскиваю новую тетрадь и ручку. – Не знала, что ты тоже здесь будешь.

— Мы не разговариваем, так зачем начинать?

Я хмурюсь.

— А кто в этом виноват?

Купер резко поворачивается ко мне, но ничего не говорит, только смотрит бычьим взглядом, я вижу, как подергивается мускул у него на шее.

— В чем проблема? – наконец спрашиваю я.

— Тот факт, что ты этого не понимаешь, сам по себе о многом говорит, – отвечает он. После чего хватает свои вещи, встает и забрасывает рюкзак на плечо. Мне остается только молча смотреть, как он просит кого-то поменяться с ним местами и садится рядом с девочкой со светлыми волосами, а парту рядом со мной занимает рыжеволосый веснушчатый парень.

Что за бред?

* * *

На уроке я не могу сосредоточиться на учебе, вместо этого я пытаюсь понять, когда и что именно пошло не так. Когда мы с мамой были в Брэмбл-Фолс в прошлый раз, последний день мы с Купером провели на лугу, разговаривали обо всем и ни о чем. Он заплел мне косички – наверное, научился, пока косички из хлеба делал, – и мы строили самые разные планы на будущее, как будто лето не должно было вот-вот кончиться. Как будто я не собиралась уезжать из Брэмбл-Фолс.

Перед самым отъездом я хотела обнять Купера, но не знала, насколько это уместно, поэтому просто сказала, что буду рада увидеться следующим летом. Он поправил очки на носу и кивнул. У него был такой вид, словно он вот-вот разревется, – а я к тому времени знала, что Купер тот еще плакса, – поэтому решила, что с прощанием лучше не затягивать.

После того, как я вернулась в Нью-Йорк, мы постоянно переписывались, часто даже засиживались в чате допоздна, но потом началась школа, и мы стали реже общаться. Я не помню, когда мы написали друг другу последнее сообщение, но я уверена, что никто в тот день не обиделся и не расстроился.