Книга Спаси сердце короля, страница 44 – Фэя Моран

Речь подхватил следующий – Арнольд.

– Наши клятвы – неотъемлемая связь, нерушимый союз, который будет служить основой нашей силы.

– И пусть каждый, кто встанет у нас на пути, окажется немощен, – кивнул Гарет, бросая замаскированный неприязненный взгляд на Гая.

– И познает весь ужас греха своего перед нами, – завершил Юстас Элмерз.

Наконец, последний мужской голос стих и настала очередь говорить самого Гая. Он в своей манере, холодным и спокойным тоном, прижимая лезвие ножа к ладони и опустив взгляд к тексту на бумаге перед собой, начал читать:

– Я, Гай Уильям Харкнесс, старший сын Вистана Харкнесса и единственный наследник «Могильных карт», клянусь кровью своей вечной верности семье, в жизни и смерти, в тени и свете. Клянусь перед вами честью своей, что буду защищать интересы семьи, несмотря ни на что. Пусть кровь, пролитая в битвах, станет залогом нашей преданности. И ни одна угроза не сможет подорвать единство. Потому что кровь за кровь, жизнь за жизнь. – Он окинул взглядом лежащий перед ним пистолет, а потом нож в руке всего на краткий миг, и добавил: – Пусть смерть я получу от ножа или пули, оставаясь верен себе и семье. – Гай сделал паузу и начал вонзать кончик лезвия под кожу, рисуя линию на внутренней стороне своей ладони. Одновременно с этим выговаривая: – И сказал Господь: «Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твоё, и будешь ты в благословении. Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну; и благословятся в тебе все племена земные».

Кровь начала капать на бумагу перед ним, оставляя красные пятнышки, и Гай отложил нож, сжал ладонь и припечатал её к бумаге, чтобы оставить след от крови Харкнессов, текущей по его венам. Этот ритуал проводил каждый его предшественник. И отец, и дедушка, и прадедушка… Каждый, кто вступал на роль главы. «Могильных карт», проходил через это. В архивах Харкнессов до сих пор хранились эти Печати – исписанные речью бумаги с багровыми следами. И когда последняя капля размылась на белой поверхности и ссохлась, Гаю принесли бинт, и он обернул им кровоточащую ладонь.

– Принимаем тебя отныне как нашего Короля, Гай Уильям Харкнесс, – заговорил Арнольд, вытягивая свою серебряную карту.

Точно так же поступили и все остальные мужчины. На круглом столе оказалось пять серебряных карт, и Гай достал золотую. Его глаза скользнули по выгравированному имени на задней стороне, и он резко выдохнул, решая, что ему померещилось.

«Каталина Харкнесс»

Гай замер, держа пальцы на золотистой поверхности, прокручивая в голове увиденное снова и снова. Глаза глядели в одну точку, а дыхание сбивалось.

«Этого не может быть».

«Я просто спятил окончательно».

Гай зажмурился всего на мгновение, как последовал встревоженный вопрос со стороны одного из мужчин:

– Что-то не так?

Парень открыл глаза и окинул взглядом сидящих. Даже остальных Харкнессов, что словно призраки наблюдали за ним со своих стульев. «Держи себя в руках».

– Забирайте, – сказал он спокойно, словно ничего и не случилось.

После этих слов золотую карту забрали, и на её место положили бриллиантовую – карту главы. «Могильных карт». Она имела светлый голубовато-серый цвет и вкрапления из настоящих, сверкавших на свету бриллиантов, что должно было подчёркивать величие человека, носящего её. Драгоценные камни окружали символ «Могильных карт» – два черепа, расположенных зеркально по вертикали. Они олицетворяли смерть от пули и смерть от ножа и чем-то напоминали рисунок на простых игральных картах, где дамы, валеты и короли изображены так же.