Книга Младшая сестра, страница 177 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

Однако вместе с тем мисс Миллар поделилась с Эммой тайными сомнениями относительно принципиальной необходимости замужества. Она не верила, будто в мире существует хоть один мужчина, за исключением ее родного брата, заслуживающий того, чтобы женщина сознательно решила сделаться его рабыней. Эмма запротестовала, но Энни рассмеялась и принялась настаивать на своем: она утверждала, что почти все мужчины ужасные себялюбцы и, поскольку до свадьбы невозможно досконально изучить нрав избранника, а после уже слишком поздно что‑то менять, куда лучше не совершать роковой шаг и оставаться хозяйкой самой себе и своему состоянию. Мисс Миллар вообще не собиралась выходить замуж, таково было ее твердое намерение. Эмма заметила, что девушка может влюбиться, но та опять возразила, заявив, что влюбленность – это лишь признак предрасположенности к браку и, если женщина, подобно ей, примет непреложное решение остаться незамужней, подобные неприятности ей не грозят.

Эмма улыбнулась и ответила, что время покажет, а Энни, дабы убедить спутницу в плачевности положения замужней дамы, принялась живописать картины бед, коими чревато супружество, останавливаясь на любых мелочах, которые могла вообразить или припомнить. Несмотря на свои нелепые воззрения, мисс Миллар очень нравилась Эмме, и она была несказанно огорчена, когда прогулка закончилась.

Несколько дней прошли спокойно, и за это время Эмма ни разу не гуляла с Жанеттой одна. Ее спутницей непременно была одна из сестер; иногда Жанетту сопровождали мать или служанка. Мистер Морган тоже больше не докучал Эмме: он два-три раза встретился ей на улице, но ограничился лишь дружеским поклоном, а когда навещал миссис Роберт (что, по мнению Эммы, происходило чересчур часто), девушка к нему не выходила.

Впервые они увиделись на ужине, устроенном Уотсонами для самых близких друзей. Поводом к торжеству послужило грандиозное событие, затмившее собой присутствие доктора, а именно – первый визит Тома Мазгроува к своей невесте. Он написал, что приезжает в Кройдон, и это известие повергло Маргарет в состояние такого трепета и нервного возбуждения, что ей срочно потребовались мистер Морган и какая‑нибудь микстура. Получив письмо от Тома, она едва не упала в обморок, от которого ее спасло только отсутствие зрителей. Следующим намерением невесты было выйти из дому, чтобы посмотреть, скольких знакомых она сможет повстречать, чтобы поделиться с ними примечательными новостями. Маргарет с наслаждением рассказывала им о нервной дрожи, учащенном сердцебиении, болезненном возбуждении, напряжении умственных сил, нежной чувствительности, душевном волнении и прочих ощущениях и слабостях, которые ей было угодно себе приписывать. Она с большим удовлетворением наблюдала за милыми юными подругами, которым ее радужные виды на будущее внушали злобу и зависть; чем холоднее и безразличнее казались девицы, тем больше Маргарет нравилось распространяться о своем восхитительном положении невесты. Одних она от души поздравляла, потому что им уже знакомы эти волнующие чувства, вторым нежно внушала, что в подобной ситуации они ощутят то же самое, а третьих торжествующе утешала, говоря, что когда‑нибудь им тоже улыбнется счастье.

В суматохе Эмма с ее прогулками была почти забыта, но неожиданно ее попросили сделать большое одолжение и вывести Жанетту на улицу всего на полчасика. Девушка не посмела отказаться и, к своему удовлетворению, не встретила на улице ни мистера Моргана, ни каких‑либо других знакомых. Это приободрило ее, и она начала думать, что Джейн была права, когда сочла ее страхи и опасения совершенно надуманными.