Книга Младшая сестра, страница 170 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

— Дорогая мадам, – промолвил он мягким, ласковым голосом, – вы знаете, что я запрещаю вам впадать в сильное возбуждение. Людям с вашим нервическим темпераментом оно определенно противопоказано, и его следует избегать. Придется дать вам успокоительное. Мисс Уотсон, будьте любезны, принесите стакан холодной воды – обычной воды.

— Ах, дорогой доктор, – вздохнула пациентка, – как вы могли воспользоваться мной! Вступить в заговор против меня. Я поражена. Такого я от вас не ожидала!

— От меня, милая миссис Уотсон? Чем я заслужил подобные упреки? Вы заблуждаетесь! Я вас не понимаю.

— Вы рассказали Эмме про леди Фанни, а ведь я просила вас молчать! Вы настроили против меня моего супруга, сделав так, чтобы он принял сторону этой зловредной интриганки Эммы…

— Тише, тише, – перебил мистер Морган, измеряя ей пульс, – вы опять разволновались. Я решительно запрещаю вам так нервничать. Спасибо, мисс Уотсон, – он взял у Элизабет стакан, – а теперь попрошу вас, юные леди, чуть-чуть приоткрыть окно и покинуть комнату. Я предпочитаю разговаривать с пациентами один на один. – Затем, достав из кармана маленькую коробочку, доктор сообщил: – Тут у меня превосходный успокоительный порошок, который я дам вам, чтобы привести нервы в порядок. – Он высыпал толику порошка в стакан с водой (от пациента требовалась известная наивность, чтобы поверить, что это не сахарная пудра) и велел миссис Уотсон делать небольшие глотки с промежутками и как можно дольше держать жидкость во рту, не проглатывая. Заставив таким образом скандалистку замолчать, мистер Морган приступил к объяснению обстоятельств, при которых он ознакомил Эмму со своим предложением, постаравшись снять с девушки всякую вину, а также задобрить и успокоить миссис Уотсон. – Видите, – добавил он под конец, – разве я не был прав, когда решил, что ее следует удалить из вашего дома? Припадок может повториться и нанести вам большой вред. Разве вы не согласны? Спросите у собственного здравомыслия! Знаю, сейчас вы не можете говорить, просто пожмите мне руку, если согласны.

Судя по всему, миссис Уотсон пожала руку, поскольку мистер Морган казался удовлетворенным. Он взял ладонь пациентки и стал изучать ее.

— Как дрожат эти изящные пальчики! – Немногие решились бы применить подобный эпитет к этой пухлой и сильной руке. – Очень, очень дерзкая ручка! – Мистер Морган игриво погрозил ей пальцем. – Она сильно меня ударила, и ее следует наказать. Какого наказания она заслуживает?

Джейн томно улыбнулась.

— Я была в ярости, доктор, вы должны простить меня.

— Простить вас? О да, дорогая мадам, однако вам наверняка известно: когда леди бьет джентльмена, она должна понести соответствующее наказание. – Мистер Морган наклонился к самой щеке пациентки.

— Фи, доктор! – воскликнула миссис Уотсон, делая вид, будто шокирована. – Право, вы очень дурной человек, мне стыдно за вас! – В девяти случаях из десяти подобный упрек был бы воспринят как недвусмысленное поощрение, но в эту минуту дверь отворилась и в гостиную вошел Роберт.

— Доктор, поскольку миссис Уотсон, кажется, немного полегчало, я хотел бы переговорить с вами у себя в кабинете.

Мистер Морган немедленно последовал за хозяином дома, хотя и не без тайных подозрений. Впрочем, неожиданный приход Роберта принес ему некоторое облегчение, ибо доктор сознавал, что в стремлении помочь пациентке зашел слишком далеко. Как оказалось, мистер Уотсон хотел узнать о месте у леди Фанни от самого доктора и расспрашивал его даже с некоторым любопытством, ибо в тех случаях, когда происходящее не затрагивало собственные интересы Роберта, он был не таким уж плохим братом. Его даже немного заботило благополучие сестры в сложившихся обстоятельствах, и он был рад получить от мистера Моргана весьма похвальный отзыв о семье, в которую собиралась поступить Эмма. Наконец, развеяв братние сомнения и угрызения совести, доктор вернулся к хозяйке дома и был тотчас засыпан градом вопросов о том, чего хотел ее супруг.