Книга Мой темный Ромео, страница 108 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

— Сегодня состоится благотворительный вечер. Присутствие обязательно.

Даллас поставила книгу на место и пошла в другой ряд.

— Я знаю. Прочла сообщение. Я пас.

Ее резвый язычок зажег во мне только одно чувство. Нетерпение.

— Это был не вопрос.

— Поверь мне: если я не буду добровольным участником, ты не захочешь, чтобы я составила тебе компанию.

Поскольку Даллас была права, я заговорил на единственном языке, который она, похоже, понимала. На языке еды.

— Организаторы мероприятия привезли итамаэ^[38] с Хоккайдо.

Наконец, она уделила мне все свое внимание.

— Будут суши?

От меня не ускользнуло, что она ела всего два часа назад.

— Да. И меню из одиннадцати блюд.

— Хм… комплексный обед. – Она задумалась на мгновение, замешкавшись в секции ужасов и фэнтези, а потом перешла к эротике. – Я ем все, кроме икры.

— На свете есть то, что ты не станешь есть?

— Тут, скорее, отвращение, привитое в детстве. Эмили и Сав однажды сказали мне, что икринки рыб вылупляются в животе и плавают там, пока не выйдут… естественным путем, а потом по трубам возвращаются в океан.

— А еще раз в год пузатый мужик с седой бородой за ночь спускается по миллиардам дымоходов.

На ее лице отразилось изумление.

— Я была маленькая.

— Возраст не оправдание глупости. – Я поднял коробку с платьем и положил на книгу, которую она держала обеими руками – «Напор любовника». – Советую помалкивать, когда мы прибудем на мероприятие.

— Боишься, что я тебя опозорю?

— Боюсь, что ты сама опозоришься. Стоит тебе открыть рот, и станет предельно ясно, что я женился на тебе не из-за твоего острого ума. А какие после этого сделают выводы, не моя ответственность и не моя вина.

— Я не соглашалась идти.

— Вариант отказаться все равно не предусматривался.

Даллас заглянула в коробку.

— Ооо… Юми Кацура этого сезона. В галерее «Тайсон» это платье уже распродали. Я позвонила во флагманский бутик, и мне сказали, что сделали дополнительный заказ.

— Кто бы сомневался.

— Я хочу это платье всех цветов.

— Этот вопрос уже улажен. – И забота здесь вообще ни при чем. Платье было поистине роскошным. Как и Даллас. Они отлично подходили друг другу.

— Хорошо. – Она закрыла коробку и сунула ее обратно мне в руки, а сама взяла очередную книгу. На сей раз «Ослеплена моим профессором». – Я подумаю о том, чтобы пойти.

— В таком же темпе, в котором обычно делаешь все остальное в жизни? Мероприятие начнется через час.

— Напомни, чему, ты сказал, посвящен благотворительный вечер?

— Я не говорил.

— Ромео.

Я уступил, чтобы сэкономить время.

— «Армии Фридрейха».

Печенька разомкнула губы. Я не сомневался, что она загуглила этот благотворительный фонд после свадьбы. Знала об атаксии Фридрейха. Уловила связь между этим расстройством и Ромео-старшим.

Как и ожидалось, это сразу же сработало, и она выпалила:

— Ладно. Я пойду.

Я предпочел не сообщать ей, что иду вовсе не из-за болезни моего отца, а скорее из-за толпы членов совета директоров, владеющих правом голоса, которые всюду следовали за ним. Пусть думает, что где-то глубоко-глубоко-глубоко внутри мне был небезразличен мой донор спермы, если в результате не придется появляться на публичном мероприятии без жены.

Даллас прошла вдоль ряда с книгами по самопомощи, посвященными сексуальной зависимости, прямиком к вывеске с изображением пяти смайликов в виде перца чили над жирной надписью #ПапочкаДоминантМаленькаяДевочка.