Книга Бесчувственный Казанова, страница 27 – Л. Дж. Шэн

— Ты имеешь в виду нам. – Она склонила голову набок.

— Конечно, если ты употребляешь царское «мы»^[8].

Даффи понурила плечи и плотно сжала губы.

— Давай лучше пройдемся по списку. – Я указал подбородком на лежащий между нами документ.

Она взяла его, но тут же замерла, нахмурившись.

— Ты же не возражаешь, если я открою бутылочку вина?

— Не возражаю ли? Да я готов откупорить ее зубами. – В этот миг я был готов ее расцеловать. Даже был не против схлопотать обморожение. – А есть что покрепче? Виски? Текила? Цианид?

Даффи встала и побрела к кухонным шкафчикам.

— Цианид я берегу для предвыборной недели. Тогда я работаю по восемнадцать часов в день. Но есть текила. В ней сорок три градуса, кажется?

А может, она не так уж и плоха.

* * *

Распечатав (и заламинировав) наш список задач и выпив шесть шотов, мы с Даффи открыли совместный банковский счет онлайн.

— Тут требуют указать твою годовую зарплату, – виновато заметила она и развернула ноутбук экраном ко мне. – Понимаю, если не хочешь, чтобы я видела. Просто введи цифру и нажми кнопку «далее». Я не буду смотреть.

Я забрал у нее ноутбук, выпил еще стопку текилы и ввел свою зарплату в Discovery, которая по меркам Нью-Йорка была смехотворной.

— Э-э-э… чуть не забыла… – Даффи изогнулась, словно она из пластилина. – Если ты зарабатываешь меньше двадцати трех тысяч в год, то могут возникнуть проблемы с поручительством для визы. Государство вроде как хочет, чтобы ты выплачивал справедливую долю налогов, дабы получить право на прошение. Придется подгрузить несколько последних налоговых деклараций.

Учитывая, что за прошлый год я заплатил больше налогов, чем вся Северная Дакота, не думаю, что у нас возникнут проблемы. Я принципиально не рассказывал никому о своем богатстве. А тем более той, кто вскоре получит право на половину моего состояния.

— Двадцать три, говоришь? Я все улажу. Хотя мне потребуется немного времени, чтобы найти свои декларации, так что пока оставлю поле пустым. – Я вернул ей ноутбук. Даффи кивнула, заправляя выбившиеся из косы пряди за ухо. У нее были красивые, маленькие ушки. Она приятно пахла. Не фруктовыми и соблазнительными ароматами, как женщины, с которыми я ложился в постель. А скорее… как гипсокартон. Я мог понять, почему некоторые мужчины считали ее привлекательной. А может, виной тому текила. Я ведь выпивал на пустой желудок. То есть перед этим мы съели на двоих один из ее салатов и стейк из тофу.

У этой женщины рацион, как у кролика.

Даффи все тараторила, когда я запрокинул голову и прищурился, пытаясь сфокусировать взгляд на ее лице.

— Так, с банковским счетом разобрались! Теперь надо сходить в ресторан или куда-нибудь еще с друзьями и сфотографироваться. Нужно стремиться к непринужденности, но выразить любовь. Может, сделаю другую прическу, чтобы подумали, что фотографии старые? Наверняка в интернете есть уроки, как сделать ненастоящую челку…

— Я сегодня переночую здесь, – невнятно проговорил я.

— О. – Она открыла рот, потом закрыла, затем открыла снова. – Отлично. У меня в комнате есть чистые простыни. Постелю тебе на диване. Он вполне удобный, во всяком случае, если верить Кирану.

— Ты позволяешь своему парню спать на диване? – Как ни печально, я мог в это поверить.

— Что? Нет! Киран – мой брат-близнец.