Книга Бесчувственный Казанова, страница 100 – Л. Дж. Шэн

Погодите, нет. Это ладонь. Человеческая. Ладонь Риггса?

Обожемой.

Я непроизвольно сжала мышцы, а внизу живота теплыми волнами разлилось напряжение. Он обхватил меня сзади, и я не могла понять, какие чувства главенствовали во мне: то ли смущение, то ли возбуждение от неожиданного поворота событий.

Мне хотелось тереться о его ладонь, пока не достигну наслаждения, но я замерла, испугавшись, что это какая-то игра или расплата за мое эгоистичное поведение.

— Мы нарушим правила дома. – Его голос прозвучал так низко и хрипло, будто доносился со дна океана.

Я облизала губы, вспомнив о глупом договоре на дверце нашего дурацкого холодильника.

— Мы вообще не в доме живем, ведь так? Это квартира, да и правила созданы, чтобы потом их разрушил художник^[21]. Или так Пикассо…

— Это не означает, что мы пара, – продолжил он хрипло. Провел средним пальцем выше, дразнящим движением касаясь интимного места поверх белья и штанов.

— Я знаю, – ответила я, и мой голос сорвался.

Риггс надавил пальцем, натягивая ткань моих трусиков. Я с рычанием бросила утюг и расправила плечи. Он надавил второй рукой мне на поясницу, удерживая меня в согнутом положении.

— Мне больше нравится вид отсюда, – прошептал он мне на ухо.

— Риггс! Как ты смеешь? – Я жеманно фыркнула, пытаясь сохранить остатки гордости.

— Легко. Ты объективируешь меня и используешь для секса из мести, чтобы потом подразнить своего парня, когда он вернется. Я видел это уже сотню раз, Поппинс. Я стану твоим рычагом давления. Око за око. И ему придется смириться с тем, что я с тобой переспал, потому что он тоже был неверен. Но в итоге вы простите друг друга и будете жить долго и несчастливо в большом доме в пригороде с помощницей по хозяйству, которая едва достигнет того возраста, чтобы стать искушением для Сосунка.

Он грубо раздвинул мои бедра. Я поддалась без возражений, хотя все, что он сказал, прозвучало возмутительно.

— Может, я не приму его обратно, – возразила я.

Риггс издал мрачный смешок.

— Не сыпь обещаниями, которые не готова исполнить. Ты слишком увлечена идеей стать миссис Посредственность с избалованными отпрысками и членством в загородном клубе.

Я громко сглотнула от унижения и возбуждения. Я правда не собиралась принимать Би Джея обратно, но не хотела сейчас о нем говорить.

— Суть того, чтобы быть плохой… – Риггс наклонился, прижимаясь ко мне возбужденным достоинством, и провел губами вдоль моей шеи. – Что это не принесет никакого удовольствия, пока ты это не признаешь. Так признай. Ты сейчас займешься сексом со своим мужем, которого считаешь нищим, никчемным неудачником, и делаешь это только для того, чтобы потом козырнуть этим перед Сосунком.

Я открыла рот, чтобы возразить, но не проронила ни слова. Он усмехнулся в ответ на мое молчание.

— Умница. А теперь мы сделаем по-моему, ведь ты хочешь, чтобы было хорошо, а я хочу проверить свою теорию.

— Какую теорию? – Мне наконец удалось совладать с голосом. Он прозвучал так, будто в горле полно песка.

Риггс прижался приоткрытым ртом к моему подбородку, отчего у меня по спине побежали мурашки. Он собрал мои волосы и перекинул их через другое плечо.

— Хочу узнать, правда ли развращать хорошую девочку веселее, чем приручать плохую.

Внизу живота встретились мучительное беспокойство и сильное возбуждение. Восхитительное сочетание: ожидание внезапного, желание нарушить свои же границы и промчаться мимо них навстречу неизвестности. К мужчине, которого в обычных обстоятельствах я бы никогда даже не рассматривала.