Книга Даже когда я уйду, страница 31 – Николь Фиорина

— Я буду держаться от него подальше. Но любить не перестану.

— Как ты можешь быть в этом уверена?

— Потому что любовь – величина постоянная. Если любишь кого-то, то можешь на него злиться, можешь ненавидеть, можешь расстраиваться и разочаровываться… но любить его не перестанешь. Потому что любовь переживет все эмоции.

— Да ну? И кто же тебе об этом сказал?

— Олли.

Итан сделал глубокий вдох, и до самого утра между нами воцарилась тишина. Его щетина щекотала мне лоб. Руки продолжали гладить, пока я не заснула.

Олли

— Оливер Мастерс, ты вернулся! – заметил Арти, как только я занял привычное место на групповой терапии.

Внимание мое тут же сосредоточилось на Мие, которая сидела напротив, как постоянное напоминание о том, что я – конченый придурок. На выходных я попытался с ней поговорить, но она поступала правильно и держалась от меня подальше.

Рядом со мной опустилась Мэдди. Я запрокинул голову и положил щиколотку одной ноги на колено другой.

— Да, рада, что ты вернулся, Олли! – Ее грязная ручонка опустилась мне на бедро.

Неприятный жест. Еще одно напоминание о том, какой же я кусок дерьма.

Я повернулся к сидевшему рядом Джейку и ткнул его локтем.

— Прости, приятель. Мне не стоило говорить все это в пятницу.

Джейк сжал губы и скрестил руки на груди.

Ах так, тишина, значит? Как это по-взрослому, Джейк.

Арти прокашлялся.

— Давайте-ка расскажем про то, как вы лето провели. Я вот вернулся домой в Египет, к семье. А это довольно тяжко. – Он усмехнулся. – Не могу дождаться, когда вернусь туда снова. А ты как, Мэдди? Как провела лето тут, в Долоре?

— СКУ-КО-ТА, – протянула Мэдди.

Мия рассмеялась.

— А я-то думала, что ты не знаешь, как некоторые слова пишутся.

Я удержал смешок, приложив к губам пальцы, и устроился поудобнее. Метнул взгляд в сторону Мии – она улыбалась, но глаз с Мэдди не сводила. Даже ненастоящие ее улыбки больше не предназначались мне.

— Оливер, – перевел разговор Арти. – А ты как лето провел?

Не отводя взгляда от Мии, я ответил:

— В камере. Ничего особенного.

— Мы рады, что ты выбрался оттуда целехоньким.

Арти продолжил задавать вопросы маленькой группке, а я продолжал пялиться на Мию. Ну же, посмотри на меня в ответ! Дай мне знать, что тебе все еще не плевать на нас! Она наматывала на палец прядь волос, закусив губу. Как тут оставаться спокойным? Нога начала жить своей жизнью, постоянно подпрыгивая… я жаждал оказаться внутри Мии. Это было эгоистично: и то, что я сделал, и то, что продолжал делать.

Как только я позволил Мэдди поцеловать себя в лесу, внутри возникло желание хорошенько приложиться головой об дерево. Сердце мое требовало, чтобы я побежал вслед за Мией, как только та ушла. Но мозг рассмеялся от произошедшего, словно от смешной шутки. Если бы я побежал за ней, то сделал бы только хуже. Выкопал бы себе могилу поглубже.

Стоило моему рту открыться, как из него сразу же выпадали слова, которые я не хотел произносить.

Стоило мне пошевелиться, как действия мои шли вразрез со всем, о чем кричало сердце. Какой уж тут контроль.

— Как поживает ваша группа поддержки, Мия? – спросил Арти.

Ее имя, произнесенное кем-то другим, все равно звучало поэтично.